"Аромат риска" - читать интересную книгу автора (Кейн Андреа)

Глава 8

11.35

«Руссо Фрейгранс корпорейшн»

Роуленду Фергюсону было уже пятьдесят шесть, и одиннадцать из них он проработал начальником отдела кадров «Руссо». В сорок один он уволился с прежней работы, решив организовать собственную фирму. Ему нравилось, что теперь над ним нет начальника, и он намеревался руководить своей маленькой, но успешной компанией до пенсии.

Так бы оно и было, не появись в его жизни Карсон Брукс.

Карсон хотел, чтобы Роуленд возглавил кадровый отдел, и дело было вовсе не в резюме, которое он внимательно изучил: ему нравились стиль Роуленда, его умение разбираться в людях. Заполучить такого квалифицированного сотрудника в свою компанию было большой удачей.

Через две недели напряженных переговоров Роуленд доверил дела своей фирмы управляющему, а сам начал работать на Карсона Брукса.

Два месяца спустя он продал свою компанию, решив все силы отдать «Руссо».

Работа в новой компании оказалась не из легких: гений требовал полной отдачи — ни выходных, ни праздников. В корпорации приветствовались быстрый темп, напористость и высокие амбиции.

И все же, хотя Роуленду часто приходилось иметь дело с враждебно настроенными сотрудниками и взрывоопасными ситуациями, случившееся потрясло его до глубины души.

Последние два дня его словно специально поджидали неприятные сюрпризы. Придя в офис, он первым делом увидел опечатанный директорский кабинет, который отныне именовался местом преступления. Во-вторых, он узнал, что Карсон одной ногой в могиле, а в-третьих, в офисе воцарилась невыносимо мрачная атмосфера: все сотрудники находились под подозрением, и каждый мог оказаться участником преднамеренного убийства.

Даже он не стал исключением.

Уже накануне детективы искали улики в кабинете Карсона, а теперь сидели в управленческом отделе и, вероятно, проводили допросы.

Вскоре настал и его черед. Допрос проводился у него в кабинете, это было особенно неприятно.

— Мы ценим ваше время, мистер Фергюсон, — детектив Уитмен и ее коллега невозмутимо восседали напротив Роуленда за его столом, — поэтому постараемся закончить как можно скорее.

— Помогу, чем могу. — Роуленд снял очки, устало потер глаза и снова водрузил очки на нос. — До сих пор поверить не могу в то, что случилось.

— Мы тоже. К счастью, мистер Брукс уже пошел на поправку, и теперь наша задача — поскорее найти преступника. — Уитмен покосилась на свои заметки. — Давайте начнем с самого простого. Скажите, сколько сотрудников у вас в корпорации?

— Чуть больше сотни, включая временных работников и научно-исследовательский отдел в Нью-Джерси. Еще у нас есть филиал по европейским программам со штаб-квартирой в Париже — там работают директор-распорядитель и с полдюжины сотрудников.

Уитмен кивнула.

— А сколько сотрудников имеют непосредственный доступ к мистеру Бруксу?

На этот вопрос можно было дать честный ответ, не указывая ни на кого пальцем.

— Если вы интересуетесь управляющим звеном, то у нас все просто: Карсон не любит лишних формальностей. Если свежая идея придет в голову сторожу, он и с ним встретится. — Роуленд настороженно покосился на сыщиков. — Понимаю, это ваша работа, но… Неужели вы серьезно полагаете, что в Карсона стрелял кто-то из наших?

— Мы пока ни в чем не можем быть уверены, мистер Фергюсон, — ответил детектив Бартон, — а вы? Вы кого-то подозреваете?

— Разумеется, нет.

— Вот как? Неужели среди работников не было недовольных и обиженных?

— Ну почему же. — Роуленд мгновенно занял оборонительную позицию. — Но одно дело — злиться, а совсем другое — стрелять в человека.

— Согласен. — Бартон неожиданно подался вперед. — Мы побеседовали со всеми руководителями компании, за исключением Клода Фелпса, главы научно-исследовательского отдела, хотя его имя несколько раз всплывало в ходе расследования. Что вы можете сказать о нем?

Лицо Роуленда тут же приняло нейтральное выражение.

— Офис Клода расположен не здесь, а в Нью-Джерси, там же, где и лаборатория. Причина, думаю, вам понятна. Клод каждую неделю приезжает в Нью-Йорк и участвует в собраниях управленческого звена, однако с ним всегда можно связаться по телефону или по электронной почте. Карсон и сам часто ездит в Инглтон-Клифс, иногда три-четыре раза в неделю; значит, они с Клодом постоянно видятся и…

— Да-да, это мы уже знаем. — Уитмен прищурилась. — Нам также известно, что Фелпс работает с мистером Бруксом со дня основания компании.

— Не совсем так: Клод пришел к нам где-то через полгода после основания «Руссо». Дольше него здесь проработал только Стэн Хейгер, но он с детства дружит с Карсоном.

— Стэн Хейгер… Главный операционный директор. — Уитмен кивнула. — Мы с ним уже виделись, так что вернемся к Клоду Фелпсу. Описание его рабочего графика нас не интересует: я спросила, что вы о нем думаете.

Роуленд еще раз попробовал увильнуть от ответа: вдруг им не все удалось разнюхать про Клода?

— Я его плохо знаю: мы видимся только на собраниях и ни разу не общались вне офиса. Могу лишь сказать, что этот человек серьезно относится к работе и ни разу не брал полного отпуска.

Уитмен продолжала пристально смотреть на Роуленда: по-видимому, она ждала чего-то еще.

— Вас интересует что-то еще?

— Разумеется. Во-первых, почему вам не хочется обсуждать этого человека? Потому что, согласно нашим сведениям, в последнее время с ним возникли сложности? Или всему виной личная неприязнь?

Выхода не было. Кто-то явно выболтал сыщикам, что у Клода имеются дисциплинарные взыскания. Роуленд понял, что придется выложить все: в противном случае детективы все равно вернутся к нему за подробностями.

Потупившись, Роуленд сложил пальцы куполом.

— Личные чувства здесь ни при чем, но раз уж вы что-то прослышали, так и быть, скажу: с Клодом у нас были проблемы.

— А именно?

— Несколько раз он являлся в офис в нетрезвом виде. Не то чтобы совсем пьяный, — поспешил уточнить Роуленд, — но запах, понимаете? И вел он себя странно.

— А точнее?

— Клод — парень замкнутый, обычно из него слова не вытянешь, зато когда выпьет — сразу лезет в драку. Во время последних визитов в Нью-Йорк он позволял себе разные… выходки. В его защиту могу сказать, что после выхода «Сэ муа» в продажу некоторые стали поговаривать, что теперь Клод Карсону без надобности. Для Клода это удар ниже пояса: он и раньше не отличался уверенностью в себе. Переживает, вот что я вам скажу.

— Ясно. — Похоже, этот рассказ не стал для Уитмен откровением. — Итак, подведем итоги: Фелпс в ярости, потому что Карсон Брукс в одиночку изобрел духи «Сэ муа», покорившие рынок, а его теперь все считают неудачником.

— Похоже, вы верно ухватили суть.

— Итак, он сильно переживает. А подробнее? Роуленд смущенно откашлялся.

— Ну, Клод жаловался, что ему не дали приложить руку к успеху «Сэ муа» и вообще выживают с работы. Однажды он даже заявил, что первым придумал рецепт. Мне на него накатали четыре жалобы, а под конец попросили с ним побеседовать и намекнуть, к чему может привести подобное поведение. Как вы догадываетесь, он остался очень недоволен нашей беседой.

— То есть?

— То есть накричал на меня. Размахивал руками, орал, что «Руссо» без него ждет крах, и угрожал подать в суд, если его уволят. Обещал даже доказать Карсону, что он незаменим.

— Так и сказал?

— Слово в слово.

— Кто-нибудь, кроме вас, это слышал?

Роуленд пожал плечами:

— Возможно. Могла слышать секретарша или тот, кто проходил мимо, но я точно не знаю. У нас в «Руссо» сплоченный коллектив, мы друг о друге не сплетничаем.

— Да уж, — пробормотал Барток, — мы это заметили.

— Ничего удивительного, Карсон выше всего ценит в подчиненных преданность, господин детектив…

— А теперь какой-то преданный человек выстрелил в него.

— Вряд ли. Думаю, убийцу следует искать не здесь.

— Ладно, вернемся к угрозам Фелпса, — перебила Уитмен. — Выходит, когда он их произносил, в кабинете вы были вдвоем?

— Так точно. — Роуленд заерзал на стуле. — В нашей фирме кадровики всегда беседуют с сотрудниками с глазу на глаз: такова наша политика. Особенно это касается тех случаев, когда кому-то необходимо сделать выговор.

— Судя по вашему рассказу, мистер Фелпс очень нервничал.

— Сказать по правде, Клод был в бешенстве и угрожал, но его угрозы носили чисто деловой характер, в них не было даже намека на физическую расправу.

— Его профессиональные способности поставили под сомнение: иными словами, ему грозил расчет, так?

Роуленд потупился.

— Возможно.

— Вы сказали, что вас попросили побеседовать с Фелпсом. Кто именно?

— Карсон Брукс.

Детективы понимающе переглянулись.

— Пожалуйста, покажите нам письменные жалобы, — попросил Бартон.

Роуленд неохотно выдвинул ящик и достал приготовленные бумаги.

— Я сделал ксерокс — на всякий случай. И все равно вы не того человека подозреваете. Клод горазд бахвалиться, но он бы не стал ни в кого стрелять.

— Каждый способен на насилие при определенных обстоятельствах. — Бартон придвинул бумаги к себе. — Вот почему мы подозреваем всех.

— Понимаю.

Уитмен по-прежнему не сводила глаз с Роуленда.

— Мне нужен доступ ко всем личным папкам.

— Как скажете. — Роуленд вздохнул и потянулся к телефону. — Я скажу, чтобы вам предоставили доступ.

— Спасибо. После визита в больницу мы с вами свяжемся. Кстати, где вы были в понедельник между пятью и шестью вечера?

Палец Роуленда замер на телефонной кнопке.

— Дома, на Лонг-Айленде — жарил барбекю, как всегда в День труда.

— Кто-нибудь может это подтвердить?

— Жена. — Роуленд облизнул пересохшие губы. — А что? Вы и меня подозреваете?

Детектив Уитмен недобро усмехнулась:

— Мы подозреваем всех, мистер Фергюсон, разве вы этого еще не поняли?

— Понял, как же. — Роуленд опустил глаза.

— И преступника мы непременно отыщем, смело можете делать на нас ставки.

Раздался хлопок, потом тело пронзила адская боль и спину словно обожгло молнией. Перед глазами поплыл калейдоскоп цветных пятен, затем появился липкий запах. Он истекает кровью… Кровь течет у него по спине, унося с собой жизнь.

Смерть. Он умирает. Как рано… Слишком рано…

Карсон застонал, и тут кто-то решительно потряс его за плечо:

— Карсон, это я. Ты меня слышишь?

Карсон вздрогнул и проснулся, стряхивая с себя липкую паутину сна, вызванного лекарствами. Он вновь и вновь переживал кошмар, который случился с ним наяву. Слава Богу, теперь все закончилось: он жив, и по спине у него стекает пот, а не кровь.

Через паутину трубок на него смотрело сочувственное лицо Дилана.

— Ну как ты?

Карсон попытался улыбнуться.

— Бывали и лучшие времена, но, кажется, выживу. — Он хрипло вдохнул. — Ты мне сам так велел, если я ничего не путаю.

Лицо Дилана посветлело.

— Нет, не путаешь.

— Ну и где тебя носило? Ты пропадал целый день или даже дольше…

— Ты дал мне одно поручение. Забыл? — Дилан пододвинул стул и уселся рядом с кроватью. — Я с ног сбился, чтобы его выполнить. Надо сказать, дело не из легких оказалось.

Карсон нахмурился:

— Ты это о чем?

— О человеке, которого ты просил отыскать.

Карсон встревоженно огляделся.

— Не волнуйся, мы здесь одни. — Дилану не понравилось, что его шеф так встревожился.

— И?.. — Карсон не спускал с него глаз.

— Если бы здесь можно было курить, я предложил бы тебе сигарету.

— Угу. — Карсон уже понял, каков будет ответ. — Итак, черт побери, у меня есть ребенок, — изумленно произнес он. — Ребенок, вот как…

Дилан чуть усмехнулся.

— К сожалению, она уже не ребенок, зато настоящая красавица и очень похожа на тебя.

— «Она». — Карсон напрягся. — Значит, у меня дочь… — Он ощутил странное волнение. — Что ж, тогда расскажи мне о ней.

— А может, будет лучше, если я вас познакомлю?

Глаза Карсона широко раскрылись.

— Что, прямо сейчас?

— А собственно, зачем тянуть?

Карсон окинул взглядом приборы, к которым был подключен, и нахмурился.

— Скажи, все кончено? Я проиграл эту битву, да?

— Ничего подобного, и думать не смей!

— Тогда почему она согласилась приехать? Как ты ее нашел и вообще… — Больному не хватало дыхания: он умолк на полуслове, не выдержав напряжения, но Дилана это даже обрадовало.

— Помолчи и послушай. Это Стэн помог мне откопать нужные сведения. Когда я узнал личные данные, имя и адрес, то без труда ее разыскал. Девушка живет в Оберне, неподалеку от Манчестера, штат Нью-Гемпшир; вчера вечером я слетал туда и рассказал ей о тебе. Она ждет в коридоре и, думаю, ответит на твои вопросы лучше меня. Ну так что?

— Она уже знала… обо мне?

— Лично о тебе — нет, но ей было известно, как она появилась на свет.

— А как она… восприняла это известие?

— Лучше, чем можно было ожидать. Ситуация, конечно, не из приятных, но она — молодчина и очень привязана к семье. Ее мать — модельер, дед и бабка вращаются в высшем бостонском обществе. Разумеется, они не хотят скандала.

Карсон потер переносицу.

— Та женщина была с Бикон-Хилла — это все, что мне известно. Итак, кто она?

— Глория Рэдклиф, модельер, довольно известна. Кстати, Сьюзен скупила половину ее осенней коллекции, а сейчас она сидит в коридоре и все уши прожужжала твоей дочери о том, в какой восторг привели ее модели Глории.

Карсон поморщился:

— Выходит, Сьюзен все знает?

— Разумеется, нет: я ей сказал то же, что и прессе. Мисс Рэдклиф — менеджер-консультант, и ее попросили помочь «Руссо» в кризисный период, вот и все.

— Умно. — Карсон одобрительно покосился на друга. — Менеджер-консультант, значит. А она себя не выдаст?

— Нет, не выдаст, потому что я ничуть не соврал. Кстати, твоя дочь очень успешна: видел бы ты список ее клиентов!

Карсон испытал какой-то нелепый прилив гордости. В конце концов, эта девушка ничем ему не обязана, разве что генами. Он не воспитывал ее, и они ни разу не виделись. Но все равно — она его дочь.

— Итак, ты готов к встрече? — Дилан поднялся.

Карсон медленно кивнул.

— Тогда я сейчас.

Карсон прикрыл глаза, собираясь с силами перед предстоящим событием. Скорее всего встреча будет не из легких. Что бы ни говорил Дилан, эта девушка наверняка сбита с толку. Конечно, ей любопытно встретиться с «отцом», но она все равно будет неловко себя чувствовать, что вполне естественно.

В коридоре послышались шаги.

— Карсон, — Дилан пропустил вошедшую с ним женщину вперед, — это Сабрина Рэдклиф.

Итак, его дочь зовут Сабрина. Классическое имя и очень ей идет. Конечно, она его дочь: те же волосы и глаза того же цвета, что у него. Дилан назвал ее красавицей и не ошибся: Сабрина обладала прирожденной грацией, и в ней чувствовалась порода — очевидно, эти черты она унаследовала от матери.

— Мистер Брукс! — Голос Сабрины звучал спокойно, но рука, которую она протянула ему, немного дрожала. — Благодарю, что вы согласились со мной встретиться.

Ответив на рукопожатие, Карсон невольно отметил, как твердо она держится.

— Я давно хотел встретиться с тобой. Спасибо, что пришла. Дилан говорит, ты консультант в сфере менеджмента…

Сабрина кивнула.

— У меня есть собственная компания, многие посылают к нам своих сотрудников на тренинги.

Карсон вскинул брови:

— Значит, ты владеешь ЦКМЛ? У вас отличная репутация…

— Я тоже наслышана об успехе «Руссо». Замечательное название духов.

— В этом названии много романтики, а духи под названием «Брукс» вряд ли кто-нибудь купит — на ум сразу приходит мутный поток, в котором кишат рыбешки…

За защитной броней голубых глаз Сабрины промелькнула смешинка.

— Понимаю. А теперь…

— А теперь расскажи мне, как ты жила со своей матерью. Она хотела, чтобы у нее был исключительный ребенок, и ее желание сбылось. — Карсон закашлялся.

— Как вы себя чувствуете? — Сабрина привстала.

— Ничего, все нормально. Просто слушать мне легче, чем говорить.

Сабрина снова села.

— Не знаю, что тебе успел рассказать мой посланник…

— Не много, — подал голос Дилан.

— Тем более я хочу, чтобы мы познакомились поближе. И не стесняйся, от Дилана у меня нет секретов… — Брукс указал Дилану на стул. — Кстати, лучше зови меня Карсон — «мистер Брукс» звучит крайне нелепо в теперешних обстоятельствах…

— Согласна. — Сабрина кивнула. — Вы спрашивали о моей матери. Так вот, ее зовут Глория Рэдклиф, она дизайнер и имеет собственную фирму. У нее повсюду клиенты, в том числе и в Нью-Йорке, где она представляла свои последние модели.

— Она что, тоже живет в Нью-Гемпшире?

— Нет, в Рокпорте, штат Массачусетс.

— Подходящее место для творческого человека. — Карсон отметил, с какой теплотой Сабрина говорит о матери. — Ты ею, наверное, очень гордишься.

— Да.

— И ты сказала ей, что собираешься встретиться со мной?

— Она знает. — На лице Сабрины промелькнуло озабоченное выражение. — Она желает вам скорейшего выздоровления.

— И все равно не хотела тебя отпускать, верно?

Сабрина с шумом втянула в себя воздух.

— Боюсь, все гораздо сложнее, мистер Бру… Карсон.

— Жизнь вообще сложная штука… — Карсон помолчал. — Двадцать восемь лет назад она решила, что сама со всем справится. — Заметив удивление в глазах Сабрины, он поспешил уточнить: — Я с ней никогда не разговаривал, но медработники мне кое-что рассказали. Твоя мать руководствовалась очень строгими критериями, она была твердо уверена, что ни один мужчина не достоин стать ее спутником жизни. Поэтому она и подыскивала анонимного донора для того, чтобы зачать необыкновенного ребенка…

— Ясно. — Видимо, Сабрина не знала полной картины, и Карсон с удовольствием отметил, что тоже сумел сообщить ей что-то новенькое.

— Вероятно, она осталась верна себе и не вышла замуж? — поинтересовался он.

Сабрина кивнула.

— Я не удивлен. — Он покосился на левую руку Сабрины. — На тебе нет обручального кольца — выходит, ты тоже убежденная одиночка?

— Убежденная одиночка? — На сей раз Сабрина пожала плечами. — Вы говорите так, словно я живу в лесу.

Карсон усмехнулся, стараясь не обращать внимания на возникшую в груди боль.

— Ну хорошо… Как будет холостяк в женском роде — «холостячка»?

— Точно не знаю, — Сабрина пригладила волосы, — но убежденной Одиночкой меня назвать нельзя. И все же, думаю, в конечном итоге я тоже не создам семьи.

— Понимаю. Ты всю себя отдаешь работе. — Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

— Да, что-то в этом роде.

Пытаясь устроиться удобнее, Карсон с трудом передвинулся на постели.

— Я, наверное, надоел тебе со своими вопросами? Не суди меня слишком строго — я ведь совсем недавно узнал, что являюсь отцом.

Сабрина подняла брови:

— Я понимаю, но… Разве отдавать всего себя работе — это плохо?

— Это нужно менять.

— Что именно?

— Все.

— Странно… — Сабрина поерзала на стуле. — Я никогда раньше с вами не виделась, даже не догадывалась о вашем существовании, а вы с ходу начинаете диктовать мне, как устроить личную жизнь…

Карсон усмехнулся:

— Я эксперт по этой части, поверь, и знаю, чего ты себя лишаешь. Мне лишь хочется, чтобы ты не повторяла моих ошибок…

С минуту Сабрина молча смотрела на него, потом отвернулась. Кажется, он попал в ее больное место.

— Я не хотел тебя обидеть… — Карсон невольно начал волноваться.

— Вы меня ничуть не обидели, — поспешила успокоить его Сабрина. — Подобное я каждый день слышу от своей помощницы, которая постоянно твердит, что я трудоголик и что это до добра не доведет.

— Она права — ты не должна состариться в одиночестве!

Сабрина чуть заметно усмехнулась.

— Поэтому вы и решили со мной встретиться? Вы одиноки, подкрадывается старость, и хочется, чтобы кто-то скрасил ее…

Карсон снова опустился на подушки.

— Возможно, ты права. Я одинок, очень… — Он явно начинал слабеть. — У меня есть всё — «Руссо», Сьюзен, Дилан, но… Нет продолжения… Я понял это совсем недавно и сразу вспомнил о тебе.

Сабрина быстро сморгнула навернувшиеся на глаза слезинки.

— По-моему, вам пора отдохнуть. И не волнуйтесь так: о вас многие заботятся. Дилан, мисс Лейн, которая со вчерашнего дня не вылезает из больницы…

— Да, Сьюзен молодчина. — Карсон с удивлением ощутил во рту соленый привкус слез. Он уже позабыл, когда в последний раз плакал и плакал ли он вообще хоть раз в жизни. — Но родственные отношения в моем возрасте — это совсем другое дело… Жаль, что я так поздно это осознал. Я хочу познакомиться с тобой поближе, пусть даже у меня нет на это никаких прав. Поговори с мамой… если хочешь, но только… только не делай это из-за того, что я при смерти. Если тебе самой захочется со мной подружиться, тогда…

— Я подумаю. А теперь извините — мне пора. — Сабрина поднялась.

— И не плачь.

— Я не плачу.

Она лгала, и Карсон сразу это понял. Она еще не готова открыто выражать свои чувства, ведь они знакомы совсем недолго. Черт возьми, он и сам до недавнего времени не подозревал, что способен на такие эмоции.

— Я не плачу, — повторила Сабрина, испугавшись, что ее обман раскусили, — просто у меня глаза слезятся от запаха больницы.

Карсон вытянул руку и дотронулся до рукава Сабрины.

— Ты еще вернешься?

Она сглотнула и, поглядев на него, кивнула:

— Непременно, но позже. Больше пока ничего обещать не могу.

— Понимаю. — Карсон чувствовал, что очень устал, его глаза закрывались сами собой. — Тогда до скорого…

— А вы постарайтесь уснуть. — Сабрина направилась к двери.

Дилан склонился над изголовьем.

— Я сейчас вернусь, — пообещал он. — Только провожу твою дочь до гостиницы.

— Хорошо. — Веки Карсона опустились. — Поговорим… когда вернешься.