"Адам Вишневский-Снерг "От разбойника..."" - читать интересную книгу автора

- Да ведь я же не о том! - в отчаянии воскликнул я.
Тот лишь усмехнулся и быстро направился к вокзалу.
- Извините, - еще успел бросить он уже на ходу.
Я провел его взглядом до самого эскалатора. Презрение ко мне - что он
хотел этим сказать? Или он был так же слеп, как Райян, как все те манекены,
что прошлой ночью появились во всем городе на фоне то тут, то там
расставленных декораций, занимая места людей настоящих? Что бы он там ни
имел в виду - этим одним словом он меня раздавил. И под его влиянием я
перестал верить в возможность понимания меж людьми, подобно мне одинокими в
толпе искусственных фигур.

На всем отрезке Шестой Аллеи между вокзалом Кройвен-Центр и Тридцатой
Улицей не было следов каких-либо перемен. Декорации, скрытые от глаз
невнимательного прохожего, находились лишь внутри магазинов, кафе,
ресторанов и киношек. По обеим сторонам мостовой двумя рядами росли
настоящие пальмы. Дома тоже - по крайней мере, своим внешним видом - ничем
не отличались от тех хорошо мне известных белых, черных и разноцветных
многоэтажек, что стояли здесь еще вчера вечером.
Я шел, палимый солнцем, которое лишь в послеполуденные часы
заглядывало на дно аллеи, в остальное время погруженной в плотную тень,
потому что с обеих сторон улица была застроена небоскребами. У людей были
пластиковые, неподвижные лица. Пока не настурил полдень я встретил еще с
десяток настоящих прохожих, в том числе и несколько детей. Почти все
автомобили, припаркованные у тротуаров или же движущиеся по мостовой, имели
лишь бы как сделанные картонные корпуса. За рулем сидели деревянные куклы.
Но издали я бы никогда не понял, что задача едущих машин - лишь имитировать
уличное движение.
В магазинах, забитых подделками настоящих товаров, искусственные
клиенты, покупали суррогаты и муляжи товаров, оплачивая их зелеными
бумажками и пластмассовыми кружочками, изображавшими банкноты и мелочь. В
продовольственных отделах магазинов самообслуживания предметами покупки
были, чаще всего, только упаковки. Манекены накладывали в корзинки
цветастые, но пустые коробочки, банки, пакеты и бутылки.
Заинтересовавшись видом фальсификатов, собранных в витрине ювелирного
магазина, я на минутку зашел туда. В средине я увидал хозяина всех этих
подозрительных сокровищ и единственного, уже решившегося на покупку
клиента. Ювелир вежливо поздоровался со мной и извинился за минуту
задержки, необходимой для "финализации" - как он сам выразился - серьезной
сделки. Выражение на его лице было совершенно счастливым. При этом он то
снимал, то надевал на мизинец бронзового цвета колечко, отпиленное от
бутылки шампанского. Покупатель этого своеобразного перстня в это время
отсчитывал деньги из толстой упаковки грязных бумажек, играющих роль
банкнот.
Может они дурили друг друга? Клиент раз и другой пересчитал бумажки,
затем повторил это действие еще несколько раз. Но, видимо он боялся
положить лишнее, потому что, собравшись в очередной раз, стал повторять
свои действия, как будто пересчитывал бумажки впервые. Оба были прикреплены
к стойке с разных сторон.
Возможно, кому-нибудь живому - пришло мне в голову - проходящему по
улице и заглянувшему в окно ювелирного магазина, вся эта сцена и показалась