"Брайан Толуэлл. Конан и раб змеиной королевы ("Конан") " - читать интересную книгу автора

улыбнулась.
- Я не понимаю тебя, Мудрейший. Почему ты повелел отказаться от жертвы?
Ведь даже последнему шаману Куша известно: нерожденный ребенок - лучший дар
Вечному Отцу!
- Пораскинь мозгами сама. - Люф сердито постукал костяшками пальцев по
своему лысому черепу. - Ты кого призывала? Демона! Демоны суть подданные
Сета, Князя Тьмы. Но все ли демоны? Ответь!
Тотчас вспыхнувшая догадка снова преобразила облик змеиной принцессы.
Она была умна, и единственного намека хватило ей, чтобы понять все.
- Воистину! Воистину так, о Мудрейший! Как же я сразу не догадалась. -
Демон Сур не есть создание Отца Сета. Сур - творение смертного мага
Парацельса. Понятно, почему он не откликается на Призыв именем Сета! Да
простит меня Вечный Отец, но я скажу: как видно, для сотворенного
человеческой магией демона священное имя Сета ничего не значит!
- Вот именно, - благосклонно ответил Люф. - Попытайся призвать Сура
иначе.
Волшебница нетерпеливо кивнула, показывая, что последние слова
наставник мог и не говорить. Ритуал возобновился с самого начала. Вновь
зазвучали могучие призывающие заклинания, однако имя Великого Змея в них
более не упоминалось. Тхутмертари не опасалась, что игнорирование священного
имени Сета явно отразится на результате опыта: сами эти заклинания родились
задолго до того, как змееголовый бог завладел Престолом Тьмы. Упоминание
Сета было лишь знаком поклонения божеству, простой формальностью - важной,
но не обязательной. Особенно теперь, когда на карту поставлено все.
Уста волшебницы старательно выводили звуки нечеловеческой речи.
Воистину только ей, истинной мастерице черной магии, под силу сотворить
такое! Заклинания были верные, надежные, как и вес носящее на себе печать
невыразимой древности. Они могли поставить на колени какого угодно демона, и
червь сомнения не точил сердце Тхутмертари. Волшебница никогда ничего не
боялась раньше времени. И вот наконец:
- Я, Тхутмертари, дочь человека и змеи, своим именем заклинаю тебя,
исчадье Мрака, демон Сур: явись ко мне, своей владычице! Сур! Сур!! Сур!!!
Призываю тебя!
Люф, внимательно следивший за ритуалом, недовольно нахмурился: он не
ожидал, что Тхутмертари призовет демона своим именем.
Впрочем, спустя несколько мгновений ему было не до тонкостей
чернокнижного этикета, ибо тот, кого призывала волшебница, явился на ее Зов.
Древние заклинания сработали. Внезапно возникший и тут же исчезнувший
колдовской вихрь доставил на поляну перед Тхутмертари некоего чудовищного
зверя.
Более всего зверь этот походил на льва, но львы, превосходящие размером
лошадь, в Хайбории не водились. А монстр был именно таков. Опираясь на
четыре мощные лапы, зверь спиной доставал волшебнице до плеч. Из пасти его
торчали заостренные клыки, каждый величиной с человеческую руку. Скаля
клыки-кинжалы, адское чудовище обратило горящий лютой ненавистью взор
красных буркал к Тхутмертари и медленно двинулось ей навстречу.
Однако принцесса ничуть не испугалась. Напротив.
- Есть! Свершилось! - торжествуя, воскликнула она, и мощь этого вопля
поразила даже мудрого Люфа: столько было в нем неколебимой воли и сознания
необратимости завоеванного триумфа.