"Генри Дэвид Торо. Жизнь вне условностей" - читать интересную книгу автора

подсчитываю свой заработок. Если человека в младенчестве выбросили из окна,
искалечив его на всю жизнь, если его до смерти напугали индейцы и он
превратился в слабоумного, жалеют его больше всего потому, что теперь он не
способен... вести дело! Думаю, на свете нет ничего (включая преступления)
более чуждого прэзии, философии, да и самой жизни, чем эти бесконечные дела.
На окраине нашего города живет грубоватый и крикливый человек, который
любит "делать деньги". Он собирается построить насыпь у подножия холма вдоль
границы своего луга. Боги вселили ему эту мысль, чтобы уберечь его от бед и
зол, так вот он хочет, чтобы я три недели рыл вместе с ним землю. В
результате, может быть, он скопит еще больше денег для своих наследников,
которые их бездумно промотают. Если я помогу ему, большинство людей с
одобрением отзовутся обо мне как о человеке усердном и трудолюбивом. Но если
я предпочту посвятить себя работе, которая даст больше подлинной выгоды,
хоть и меньше денег, во мне будут склонны видеть лентяя. И все же, поскольку
мне не нужна дисциплина бессмысленного труда и я не вижу ничего особенно
похвального в предприятии этого человека, - не больше, чем во многих
предприятиях нашего или иноземных правительств, - я предпочту закончить
образование в другой школе, каким бы смешным ему или им это ни показалось.
Если ходишь по лесу много часов каждый день просто потому, что любишь
лес, тебя могут принять за бездельника. Но если проводишь целый день,
спекулируя на бирже, продавая этот лес и оголяя землю раньше времени, тебя
считают трудолюбивым и предприимчивым гражданином. Как будто городу нужно от
леса только одно: спилить его!
Большинство людей сочтут за оскорбление, если им предложить
перебрасывать камни через стену и потом обратно только для того, чтобы
заработать. Однако многие сейчас делают работу и похуже. Приведу пример.
Однажды летним утром, сразу после восхода солнца, я увидел, как один из моих
соседей шел с упряжкой волов, медленно тянувших телегу с огромной каменной
глыбой. Человек этот являл собой настоящий образец трудолюбия: рабочий день
начался, на лбу у него выступил пот, упрек всем лентяям и бездельникам;
остановившись рядом с упряжкой и, полуобернувшись, он щелкнул бичом, и волы
прибавили шагу. А я подумал: вот труд, защищать который - задача
американского конгресса, труд честный и мужественный, честный, как длинный
день; он делает заработанный хлеб слаще и предохраняет общество от порчи,
труд этот все почитают и благословляют, а мой сосед - один из избранного
сословия, которое делает необходимую, но трудную и утомительную работу. И в
самом деле, я почувствовал легкий укор совести: ведь я смотрел на него из
окна, а не шел по улице, занятый каким-нибудь подобным делом. Когда наступил
вечер, мне случилось пройти мимо двора другого соседа - у него много слуг и
куча денег, которые он бросает на ветер, не добавляя ничего к общему
капиталу, - и там я увидел ту же каменную глыбу, что и утром. Она лежала
рядом с причудливой постройкой, которой надлежало украшать покои этого
американского лорда Тимоти Декстера (*), что сразу уронило в моих глазах
достоинство труда возчика. По-моему, солнце было сотворено для того, чтобы
освещать занятия более достойные, чем это. Могу добавить, что его
работодатель, задолжав с тех пор почти всем в городе, исчез, а после того,
как совестный суд разобрал дело о его банкротстве, он основался где-то в
других краях и снова стал покровителем искусств.
Пути, которыми можно заработать на жизнь, почти все без исключения
ведут вниз. Что бы вы ни делали ради заработка самого по себе, вы не