"Томас Барнет Сван. Вечный лес (Минотавр-2/3) " - читать интересную книгу автора

Крит еще населяли титаны8. Тогда все было таким большим. Ты живешь здесь
сейчас?
- Нет еще,- сказал он таинственно.- Заходи.
Они вошли в дверь, державшуюся на деревянных петлях, и оказались
внутри ствола. Он был полым, крыши над ним не было. В центре ствола стоял
круглый бамбуковый домик, с одной стороны от которого Эвностий развел
огород, где морковь выстроилась рядами, как королевская гвардия, и капуста
лениво развалилась на грядках, напоминая толстых евнухов; цветы же, росшие
с противоположной стороны - шиповник и водосбор,- были их королями и
королевами.
- Как здесь хорошо! - сказала Кора.- Два сада и домик между ними.- Все
вокруг было таким изящным, что Кора с трудом могла поверить, что этот вроде
бы неловкий мальчик смог сам сделать островерхую крышу, вырезать окна,
похожие на узкий серп луны, и дверь, напоминающую полумесяц.
В первой комнате в глиняном полу был сооружен бассейн. Из него бил
фонтан, который освежал воздух, подобно ветерку, прилетевшему со снежной
вершины горы Иды9. На песчаном дне лежали подарки Биона - драгоценные
камни: сердолик, аметист, берилл10 - и стояла маленькая крепость, сделанная
из морских раковин, которые Эвностий выкопал из земли,- память о тех
временах, когда на месте леса плескались волны Великого Зеленого моря.
- В крепости живет черепаха,- сказал Эвностий.
Он очень любил черепах,- они такие сдержанные и независимые, совсем
как Кора, и так не похожи на него самого.
Но Эвностию не были чужды и повседневные заботы. Ведь минотавры не
только отличаются сильно развитым чувством прекрасного, но и чрезвычайно
трудолюбивы. (Можете, конечно, называть их не художниками, а
ремесленниками, но тогда этот образ утратит присущие ему черты утонченного
эстетизма). Рядом с фонтаном, но так, чтобы на него не падали брызги, стоял
бамбуковый стул с перекрещенными ножками. На нем лежали подушки.
- Подушки вышила Зоэ,- признался он,- но набивал их я сам.
Он знал, что дриадам нравятся подушки, набитые мхом, хотя мох и портит
их деревья.
- Есть еще кровать,- добавил Эвностий несколько неуверенно, боясь, как
бы Кора не заподозрила его в дурных намерениях.- В соседней комнате.
Кровать представляла собой бамбуковую раму, закрепленную на высоких
устойчивых ножках-копытцах. На раму была натянута волчья шкура.
- А еще есть плита из красного кирпича, и кастрюли, и - вот, посмотри,
кладовая с запасами.
Он показал ей кувшин с жареными желудями, миску с улитками в оливковом
масле, сыр из медвежьего молока, корзину с хрупкими воробьиными яйцами и
пирог с мясом горностая.
- Этот пирог испекла Зоэ. Я не умею готовить. А ты, наверное, умеешь.
- Эвностий, мне очень нравится твой дом.
- Наш дом,- поправил он. "Конечно, она умеет готовить,- подумал он.-
Зоэ наверняка научила ее".
Кора ничего не ответила. Она села на стул, уткнулась в подушку и
заплакала. Плакала она тихо, но слезы текли рекой.
Эвностий, который не привык к этому и уж совсем не ожидал слез от
всегда сдержанной Коры, встал рядом с ней на колени, откинул ее волосы и
поцеловал в кончик острого ушка - у дриад это самое чувствительное место.