"Роман Солнцев. Из неопубликованного" - читать интересную книгу автора

закрыв глаза. Я погладил его, безучастного, и попросил хозяина дать ему
отдельно еду. Но маленький Анчар, углядев новую миску и даже не
прикоснувшись к своему судку, метнулся, рыча, на братца, и они сцепились в
схватке. Они завертелись, как двойная пышная юла. Наконец, мой Тихон ловко
ухватил Анчара за хвост - оказался победителем, братишка взвизгнул и
отскочил, и наш стал, оглядываясь, выгрызать из алюминиевой миски,
вертящейся на снегу, уже подмерзшую кашу.
Стоя над ним, я снова позвал его - он не слышит меня. Он следил своими
карими глазками теперь только за Владимиром Николаевичем. Я сказал хозяину
дома:
- Может, его у тебя оставить?
Владимир Николаевич улыбнулся моей обиде, вынес из сеней говяжью
шаровую кость с ленточками красного мяса, подал мне, и я протянул ее щенку.
И тут впервые щенок заметил меня. Впрочем, лишь мельком глянул.
Благодарно шевельнув хвостом, ухватил кость и, присев, начал облизывать и
грызть ее. Мигом подлетел братик, но я отогнал его ударом сапога. А потом
взял под живот Тишку, так и не выпустившего из пасти кость, и занес в
предбанник, где и поставил его перед зевом печки. И он, ткнувшись пару раз
зубами в кость, лег боком и, скуля, забылся.
Через час я заглянул - он спал.
Он проспал весь день - видно, бессонная одинокая ночь измучила его. На
следующее утро он вышел из предбанника и казался уже более уверенным. И
когда я его окликнул, нехотя, но все же подошел ко мне.
- У него сбит стереотип привязанности, - заметила моя умная жена. - Он
теперь нас может и не полюбить. Он Володю вспомнил. Надо было нам позже сюда
приехать.
Мы вернулись в город и только месяца через два он, кажется, снова стал
полностью моим. По первому тихому свисту или оклику вскакивал и преданно
смотрел в глаза. Но это дома. А на улице - он у меня отныне только на
поводке, правда, длинном - я купил на базаре трехметровый. Встречные дамы
ахают: "Какой красивый! Прямо белый шар!" Белый шар, от которого, когда мы
гуляем в лесу в сумерках, на снегу рождается белое кольцо света...
Тихон подрос. И когда на 8-е марта к нам заехал Владимир Николаевич с
цветами поздравить мою жену, пес исправно залился звонким лаем на весь дом,
а когда гость привычно сунул ему палец в пасть, тот подержал палец, выпустил
и лег, довольно равнодушно глядя на своего прежнего хозяина.
- Как братик? - спросил я.
- Растет.
- Привет ему, - сказал я. Сказать правду, когда мы были в гостях, тот
нам понравился больше. Такой подвижный, ловкий, словно дирижер Спиваков...
на пуантах... Но судьба есть судьба - Тишка наш, и он лучше всех.
За зиму и весну он изгрыз все старые тапки в прихожей, мы обувь стали
подвешивать. Ударом лапы отворяя дверь, он входил в мой кабинет в любую
минуту, когда пожелает. Он становился полноправным членом нашей семьи. И
стремительно мужал. Мы старели, но не замечали этого. А он, по собачьему
возрасту, обгонял нас...
И вот недавно к нам в гости снова заехал наш друг Владимир Николаевич,
запыхавшийся, толстый, сивый, волосы как из алюминия. Тихон матерым волком
выскочил из нашей большой комнаты, где тоскливо лежал на коврике (отшвырнул
его когтями к балкону!), и с хриплым лаем вскинулся на гостя.