"Олег Павлович Смирнов. Прощание (роман)" - читать интересную книгу автора

Олег Павлович Смирнов


Прощание

роман

OCR и редакция: Chernov Sergey ([email protected]) Орел,декабрь 2006 г.
Основано на издании: Олег Смирнов. Прощание; М., "Роман-газета" №№19-20 1979
г.

1

Он выхватил из ножен шашку, клинок тускло блеснул в свете электрических
фонарей, гуляющие по аллее в ужасе шарахнулись, ужас был и на зелено-бледном
лице милиционера, смотревшего на него. На ремне, сзади, у милиционера висела
кобура, но то ли она была пуста, то ли милиционер забыл, что может вытащить
наган и образумить человека, махавшего перед ним шашкой. Да так и двинулся
вперед с шашкой - хрипло дыша, косолапя, бренча шпорами. Гнев слепил и
толкал его, но чем он дальше продвигался, тем неверней становился шаг, его
покачивало все сильнее. У скрещения аллей кто-то выскочил из тени фонарного
столба, дал ему подножку, и он грохнулся, выронив шашку. Попытался
приподняться, нашарить ее, однако несколько человек навалились, скрутили
руки. Он напрягал мышцы, бился, скрипел зубами, выкатывал белые от бешенства
глаза. И вдруг расслабился, затих, процедил:
- Пустите...
- Дудки, бузотер, - сказал сочный бас. - Мы тебя еще повяжем!
Они ремнем связали ему руки за спиной. Поставили на ноги. Пошатываясь,
он оглядел их: старший лейтенант и два сержанта, армейские, с нарукавными
повязками, патруль. Из-за их спин выглянул милиционер, сказал скрипуче, с
отвращением:
- Он же ж вдребезину пьяный!
Гнев отливал от головы, от сердца, и отрезвляюще засаднила мысль: мог
зарубить? Старший лейтенант, обладатель сочного баса, подошел вплотную,
расстегнул у него кармашек гимнастерки, вытащил документы.
- Скворцов. Игорь Петрович. Лейтенант. Ну что ж, поведем в комендатуру,
там разберемся...
Но прежде чем они двинулись, сопровождаемые уже набежавшей толпой,
милиционер сказал вполголоса:
- Срам-то какой, пограничник...
И Скворцов подумал как-то вяло, отрешенно: "Это верно, срам. На весь
округ срам..."
... Он застонал, и все отошло, и перед глазами - книжный шкаф, за
стеклом стопки книг, в углу комнаты - железный ящик, заменяющий сейф, на
письменном столе - раскрытая пограничная книга. Он в канцелярии своей
заставы, а не в львовском парке, будь неладны эти парки, - это был сон. Но
вместо того чтобы вздохнуть с облегчением, Скворцов закусил губу - не охнуть
бы горестно, не выругаться бы, зло и безнадежно. Ведь то, что привиделось во
сне, было с ним и наяву. Записывал в пограничную книгу свой выход на
границу, за сутки намотался зверски, веки слипались, решил прилечь на пяток