"Александра Смилянская. Праанжелику " - читать интересную книгу автора

начал видеть в ней личность. И согласился поторговаться за шелк.
Спустя несколько часов отчаянной торговли, Анжелика эмпирическим путем
пришла к выводу, что арабы и евреи - это таки один народ. Но осиная талия,
золотые локоны и огромные зеленые глаза взяли свое, посол договор подписал,
а благодарный король низвергнул всех своих фавориток прямо в тартарары, и
вы, я так полагаю, строго судить его не станете.
Фаворитки дружно осерчали зело крепко и принялись отсылать прекрасной
Анжелике пироженки с ядом до востребования, но все время получалось так, что
вороватые слуги и собачки пироженки тырили, чтобы есть. И помирали в муках,
и это справедливо, ибо восьмая заповедь.
А король, тем временем, пригласил божественную Анжелику на необитаемый
остров, где им никто не помешает, потому что нету роуминга.
"Его глаза пожирали ее фарфорово- белую кожу, щеки, похожие на спелые
персики, чувственные губы. Небрежным движением она поправила выбившийся на
виске локон, и король почувствовал зов плоти. Казалось, каждой порой тела
она излучала теплоту жизни. Он инстинктивно протянул руки и привлек ее к
себе..."
И тут она как ахнет: "Ваше Величество, как вам не стыдно, вы же
женаты!".
Людовик капельку удивился и говорит: "Вы чо - с дуба рухнули, душа
моя?".
А божественная Анжелика тут ему все и вываливает - мол, вы убили моего
мужа, я вас ненавижу, теперь вы меня любите, жить без меня не можете, но
никогда-никогда не получите, ибо нехуй.
- Ненене, - говорит король, - я его потом помиловал, вы чо? А на
Гревской площади сожгли чучелко Нострадамуса. Или даже самого Нострадамуса,
а то надоел. Так что жив твой Жоффрей, милая Анжелика, а теперь закрой глаза
и открой рот.
Анжелика упала в обморок от счастья и молвит:
- Теперь точно не дам, я, между прочим, мужу верна, а все эти
отвратительные слухи распускают подлые завистники нашей чистой любви.
Вот так сказала прекрасная Анжелика и ушла в ночь.


***

"Придет день, когда она отыщет его и с плачем припадет к его груди. Она
не могла уже вспомнить ни его лица, ни голоса, но протягивала к нему руки
сквозь пропасть долгих и мрачных лет. Ее глаза устремились в глубину небес,
где верхушки деревьев под легким ветром раскачивались, словно водоросли в
морской пучине.
И вне себя от радости и вспыхнувшей надежды она крикнула в эту темноту:

- ОН НЕ УМЕР! ОН НЕ УМЕР!"


Часть третья


Неукротимая Анжелика