"Роман Сенчин. Лед под ногами " - читать интересную книгу автора

- Хорошо-хорошо, завтра же посмотрю. Наливайте.
Чащину было неуютно рядом с Дегтяревым, да и вообще тяготило общение с
такими вот, считающими себя крепкими, но уже чувствующими близкую немощь и
пытающимися доказать, что они еще не развалины, мужчинами.
В пятидесятые годы Дегтярев служил в военной авиации на Дальнем
Востоке, совершил какой-то подвиг, о котором не любил рассказывать, но
за который был удостоен награды, получал теперь приличную пенсию.
Об авиации, правда, Дегтярев почти не вспоминал, зато о былых походах,
поездках в глухие уголки Союза, которыми увлекся, перестав летать, - при
каждой встрече... Игорю он был чем-то симпатичен, интересен.
- Как Новый год-то отметили? - прожевав кусок шоколада крепкими,
наверняка искусственными зубами, спросил гость.
Игорь пожал плечами:
- Я дома, с семьей.
- И не ездили никуда?
- Нет... Отсыпались.
- Зря, зря. - Дегтярев повернулся к Чащину: - А ты чего?
- Я? - Чащин попытался вспомнить, что делал в Новый год; ничего не
вспомнилось, и казалось, что с новогодней ночи прошло не полмесяца, а
полгода. - Тоже так...
- Эх, ребятки, зря вы жизнь свою маринуете. Потом ведь жалеть начнете.
Сели бы в поезд тридцатого - и вперед. И где-нибудь в
Архангельске, в Кандалакше, среди снегов белых... Я вот как-то...
- М-да, - перебил сладковатым и грустным вздохом Игорь. - Молодец вы
все-таки, Геннадий Борисыч, ваше поколение. Куда-то ехали, что-то видели.
Чащину захотелось возразить - сказать, что и их поколение тоже
поездило, повидало немало. Но Дегтярев опередил:
- Да тут не от поколений зависит. Везде есть свои тюфяки и свои...
такие. Вот Дениска же тоже всю Русь исколесил. Помнишь, рассказывал?
Зря, что теперь закис, жиреть даже начал. Смотри, сердце посадишь, на
жопе-то сидя!.. Нет, но среди наших, конечно, больше романтиков было. И
жизнь, ребятки, живее была.
- Ну, за романтику! - поднял стопку Игорь. - Обещаю, в апреле возьму
своих - и... как там? - в Кандалакшу.
- И отлично, - заулыбался Дегтярев. - Детям полезно. Там такое море,
ребятки! После Чупы заливы начинаются, острова, озер полно. А рыба!..
- Вот мы вас возьмем, Геннадий Борисыч, проводником. Я порыбачить
когда-то любил.
- Да не-ет, Игорек, я уж - все. - Дегтярев помрачнел, постарел
мгновенно. Стало видно, что ему за семьдесят и тайком от всех он наверняка
принимает какие-нибудь сильнодействующие лекарства. - Я отъездился.
- Что так? Здоровье?
- А, не в одном здоровье дело... На Новый год-то подарок нам какой
сделали. Паразиты. Все тянут из людей и тянут... Мне еще терпимо, а
простым-то... Обложили со всех сторон.
- Это вы про отмену льгот? - спросил Чащин - мельком видел на днях по
телевизору, как пенсионеры перекрывают дорогу, толкаются с кондукторами,
митингуют.
- Ну да, про нее. Отрезали нас - подыхайте. Какие-то гроши пообещали...
Игорь сочувствующе вздохнул, а Чащин глянул на часы: