"Евгений Сартинов. Криминальный гамбит" - читать интересную книгу автора

- Больше ничего не знаю. Остальное - твоя забота. Ну как, не зря я
тебя пробудил?
- Молоток! - чмокнув микрофон, Ленка бросила трубку и начала торопливо
одеваться. Всю свою сознательную жизнь двадцатичетырехлетняя Елена Брошина
посвятила журналистике. Лет с тринадцати начала писать в местную газету,
потом закончила институт и стала работать корреспондентом, подвизаясь сразу
в нескольких областных газетах, а с прошлого года и на телевидении. Именно
она снимала первый кривовский конкурс красоты для областной телекомпании
"Скат", а потом и репортажи об исчезновении Орловой с собственными острыми
комментариями.
Через полчаса после звонка она уже находилась в приемном покое
больницы и моментально умудрилась взять интервью у того же самого доктора
Аркадия Михайловича.
В тот же вечер репортаж Брошиной вышел в эфир, но в самом Кривове его
мало кто видел. За пять минут до его начала в большей части города
вырубился свет.
Гораздо больший эффект вызвала небольшая заметка Елены в местной
газете, поступившей в продажу следующим утром.
Случайно ее прочитал Шурик, "доставивший" Орлову к Бурлаку. Решив
поправить здоровье пивком, он разложил на столе первую попавшуюся газету с
целью почистить на ней тарань и глазами машинально уперся в заголовок
"Криминальные новости". Сообщения о взломанных гаражах и срезанных проводах
не вызвали у него интереса, но самый большой сюжет колонки заставил его
буквально подпрыгнуть на месте. Коротко выругавшись, он спросил вошедшую на
кухню мать:
- Мать, это за какое число газета?
- Эта? Да это же новая совсем, сегодняшняя! Ты что это устроился тут
со своей воблой, мы ее еще не читали! Отец ругаться будет...
Она продолжала что-то ворчать, а Шурик уже рванул в свою комнату,
прихватив телефон на длинном шнуре. Пару минут он не решался набрать номер,
но потом все-таки начал крутить диск, потея от накатившего ужаса.
Не только понедельник, но и вторник оказался для Астафьева днем
тяжелым.
Нет, похмельный синдром на этот раз не мучил лейтенанта. Случилась
большая неприятность: на работу вышел его непосредственный начальник, майор
Мазуров.
Вчерашний разговор на повышенных тонах с главврачом отделения о
нарушении режима не прошел даром, конфликт разрастался как снежный ком, и
Мазурова выписали. Ивана Михайловича это нисколько не огорчило, а,
наоборот, обрадовало.
Язва его окончательно успокоилась, так что в семь утра он был на
боевом посту, а ровно в восемь начал разнос своему подчиненному.
- Так, и это все? - спросил он, поднимая тоненькую папку с делом
Орловой.
- А что, разве мало? - искренне удивился Астафьев.
- Мало. Ты не сделал и половины положенной работы.
- Как это?
- А вот так! Ты опросил одну медсестру, а где остальные, кто дежурил,
когда поступила Орлова, врачи, санитары? Важна любая информация, и ты это
прекрасно знаешь!