"Джон Руссо. Полночь." - читать интересную книгу автора

со скрещенными ногами и болтала по телефону со своей подружкой Патти.
Она только что приняла душ и теперь расчесывала волосы, а трубку
держала, зажав ее между ухом и плечом, чтобы руки оставались свободными.
Оглушительная музыка из приемника нисколько ей не мешала. Ей нравилось
быть дома одной, когда можно вытворять все, что взбредет на ум. А вот
если бы мать оказалась сейчас поблизости, она обязательно заставила бы
ее либо выключить радио, либо перестать болтать по телефону, чтобы не
испортить слух и не начать носить специальный аппарат для тугоухих уже в
ранней юности.
Патти только что сообщила подруге, что мальчик, который ей давно уже
нравится, наконец-то пригласил ее на завтрашний школьный бал.
- Да ну! Ой, Патти, я за тебя очень рада! А что я тебе говорила: рано
или поздно он обязательно созреет. Я же видела, какие взгляды он на тебя
бросает... Он, наверное, просто малость застенчив. Но я все равно
уверена, что вас объявят королем и королевой этого бала.
- Да, но я-то совсем не такая скромница! - отпарировала Патти,
которая, вероятно, считала застенчивость отрицательной чертой для людей
своего возраста.
- Ну, уж это я знаю. Вот твоя эксцентричность и будет компенсировать
его скромность. Ты меня понимаешь? Противоположности ведь всегда тянутся
друг к Другу...
- Наверное, так оно и есть. - Патти не могла с этим не согласиться.
Нэнси закончила расчесывать волосы и теперь любовалась своим телом,
разглядывая его в большое зеркало у двери и одновременно прикидывая, не
слишком ли полна ее грудь и достаточно ли стройны ноги. А Патти тем
временем с сожалением говорила подруге, что никак не сможет поехать с
ней по магазинам, потому что ее мать ("даже в субботу!") успела навесить
на нее кучу домашних дел.
И в этот момент раздался звонок во входную дверь.
- Патти, подожди секундочку! Кажется, отчим вернулся, - попросила
Нэнси.
Положив трубку на кровать, она наскоро накинула короткий халатик и
заспешила на звонок, который трещал без умолку, будто отчиму до зарезу
требовалось поскорей попасть в дом. Открыв ему дверь, Нэнси испуганно
отшатнулась: Берт Джонсон стоял перед ней в стельку пьяный, ухватившись
обеими руками за притолоку, чтобы не потерять равновесие и не грохнуться
на пол Прямо в прихожей. Девушка нахмурилась и отошла в сторону, давая
ему беспрепятственно войти внутрь.
- Привет, папуля, - с явным неодобрением сказала она.
Развязным тоном, едва ворочая языком, Берт Джонсон тут же
откликнулся:
- Здравствуй, радость моя! Как насчет хорошенького теплого
поцелуйчика любимому папочке, а?
От изумления Нэнси застыла как вкопанная. Конечно, и раньше
случалось, что он приходил домой подшофе, но никаких разговоров о
"поцелуйчиках" ни разу до сих пор не было. Он всегда относился к ней
довольно спокойно, если не сказать прохладно, и в общем так до конца и
не заменил родного отца. Поэтому столь резкая перемена в его поведении
была для Нэнси непонятной и неожиданной и заставила девушку
насторожиться.