"Николай Романецкий. Найденыш" - читать интересную книгу автора

богини.
Приближение колесницы девушка почувствовала ярдов за сто. Она вышла из
дома, закрыла дверь снаружи на щеколду. Конечно, в дом ведьмы ни одно из
опасных насекомых не залезет, да и самец спать будет, так что не удерет.
Впрочем, и проснулся бы, так все равно не удрал. Самоубийц нет... В общем,
неважно. Захотела - и закрыла. "Пока мама Гиневир на ферме, я тут
хозяйка..."
Она вышла на дорогу - как раз в тот момент, когда из-за поворота
появилась колесница, влекомая шестеркой сервов-гужевых. Сзади сидел на
специальной платформе сторожевой паук-волк - в его обязанности входило
защищать колесничих и пассажиров. В лесу ведь постоянной защиты не бывает,
это не ферма!
Колесничие низко поклонились Айри. Хоть и молода ведьма, от нее тоже
многое зависит. Иногда и сама жизнь...
Девушка забралась в колесницу, и гужевые, взявшись за оглобли, затянули
маршевую песню.

***

Хотя в последнее время Айри часто бывала на ферме, однако вид открытого
неба по-прежнему потрясал ее. Здесь не было сплошного навеса из древесных
крон, и, казалось, можно запросто провалиться в голубую бездну. Во всяком
случае, если долгое время неотрывно смотреть наверх, голова начинала
кружиться - особенно когда нет облаков... И как только смертоносцы летают
там на своих шарах?
Ферма встретила Айри обычной суетой.
Возле кормильной пятерка обнаженных по пояс кухонных, ухая и
покряхтывая, колола дрова. Чурбачки с треском разваливались на поленья. Двое
других чернорабочих складывали их в поленницу. На печи стояли огромные
закопченные горшки, возле суетились озабоченные сервы-повара. Чуть в
стороне, возле установленного на столбиках большого деревянного корыта,
чумазый самец мыл посуду; другой подносил воду. Пахло свежими щепками и
пригоревшим оливковым маслом. За кормильной, ближе к лесу, торчали из
высокой травы лапы сторожевого смертоносца, охраняющего свою часть периметра
от нападения незваных гостей. Соратники паука-волка на глаза не
показывались, но Айри их и так чуяла...
Центральная площадь была забита колесницами, гужевые выгружали визжащих
от восторга малолеток - по-видимому, Родильный дом прислал на откорм
очередную партию бычков. Построение колонны шло трудно: непоседливые
малолетки, играя, то и дело начинали носиться друг за другом. Надзирающие за
разгрузкой наставницы в коричневых юбочках раздраженно покрикивали, направо
и налево сыпались удары кнутами, после которых площадь оглашалась ревом и
хныканьем. Старшины колесничих собрались в кружок и, с опаской поглядывая в
сторону наставниц,- вдруг и их заставят работать! - чесали языки. Чуть в
стороне, тупо озираясь по сторонам, расположились на траве с полсотни
подросших бычков, жарили на солнце огромные животы, ждали, когда освободится
транспорт. Этих должны были отвезти в Гнездо.
Мамы Гиневир возле колесниц не было - наверное, работала в лечебнице...
Айри миновала площадь и, подкатив к жилищу Бины, сошла на землю.
Старшая Матерь встретила девушку на пороге. С нею оказалась и Лумма -