"Поттер Патриция. Шотландская наследница " - читать интересную книгу автора

миновать столовую: ей хотелось избежать осуждающих взглядов Хью и Барбары.
Что ж, о вкусах, как говорится, не спорят, но Элизабет давно убедилась в
том, что для верховой езды нет ничего удобнее, чем брюки и свободная
рубашка.
Шэдоу уже ждал ее, нетерпеливо всхрапывал и бил копытами в землю.
Элизабет сноровисто оседлала его, подтянула подпруги. На конюшне она была
одна. Каллум Трапп, тренировавший лошадей днем, уже ушел, не видно было и
мальчишек - грумов, и Элизабет была очень этим довольна - больше всего ей
хотелось сейчас тишины и одиночества. И еще - хоть на короткое время
почувствовать себя свободной.
Элизабет дала коню полную свободу, и Шэдоу полетел во весь опор по
широкой пустынной дороге. Засвистел в ушах холодный ветер, слились в
сплошную темную полосу стоящие вдоль дороги деревья, и Элизабет
почувствовала, как отступает, уходит напряжение, и все тело начинает
наполняться радостью жизни и стремительного полета. Мысли ее успокоились и
потекли широко и плавно. На какое-то время Элизабет позволила себе
перестать мучиться грядущими проблемами, забыть и о нашедшейся племяннице,
и об этом загадочном американце.
Американец.
Что ж, остается только надеяться, что он окажется порядочным человеком
и не примется высасывать деньги из поместья. Конечно, опасность такая есть,
тем более что, по словам мистера Алистера, этот американец был адвокатом.
Если не считать мистера Алистера, который был исключением из общего
правила, все адвокаты, которых знавала Элизабет, занимались выкачиванием
денег и стояли в ее глазах на одной ступени с самыми обыкновенными
жуликами.
Ладно. Поживем - увидим.
Элизабет подобрала поводья и направила Шэдоу к показавшейся впереди
изгороди. Набирая ход, жеребец стрелой подлетел к преграде, легко взмыл в
воздух и уверенно, мягко опустился на землю по другую сторону барьера.
Элизабет осадила своего серого красавца, давая ему передохнуть, и
наклонилась в седле к самой шее Шэдоу, поглаживая его и шепча ему на ухо
ласковые слова. Шэдоу запрокинул голову и тихо заржал, признательно косясь
своим огромным темным глазом на хозяйку.
Из-за изгороди раздался лай Генри Восьмого - ревнивый, громкий,
возмущенный.
"Вот ревнивец! - подумала Элизабет, - и лентяй".
Что верно, то верно: ленив Генри был необыкновенно. Большой, сильный,
он без труда мог бы перепрыгнуть через эту изгородь, если бы захотел.
Однако не зря, наверное, досталось Генри его имя - имя славного и
очень толстого короля, что правил Англией много лет тому назад. Наш Генри
был тоже весел и был бы, наверное, ужасно толст, если бы хозяйка не
заставляла его хоть немного шевелить лапами.
Тем временем Элизабет снова натянула поводья, и отдохнувший Шэдоу
почти без разбега взял барьер в обратном направлении. Прыжок его был на
редкость легок и красив, а полет так стремителен, что у Элизабет захватило
дыхание. Остался доволен прыжком и Генри. Он-то прекрасно знал, что теперь
путь у них может быть только один: домой, домой!
Элизабет развернула Шэдоу к дому, подняла голову и увидела далеко
впереди серые стены Калхолма. Отступившие было тяжелые мысли обрушились на