"Елена Плахотникова. Сказка для сказочника" - читать интересную книгу автора

Говорить, что точно такая же фамилия была у меня до четырнадцати лет,
не стоит. И не в секретности тут дело. Просто в этом мире нет такого
понятия, как фамилия. Тут даже имена имеются не у всех.
- Потому что у нас общее родовое имя. По женской линии.
Это дедок понял. И тут же предложил выпить за обретение родовой памяти.
Выпили.
Пока я закусывал, у него созрел еще один вопрос. Рот у меня был занят,
и остановить деда оказалось некому. Я успел подъесть все мясо на блюде,
когда словесный по... ток иссяк. А суть вопроса оказалась очень простой:
почему это мне втемяшилось в голову, что я видел именно мать, а не мать
матери или... ну, и дальше по возрастающей.
Хотел уточнить, что я не видел, а был той неведомой женщиной, но потом
задумался. Вдруг старикан прав? Ведь никаких временных реалий в том сне не
было. Больничный коридор обычный - деревянный пол, крашеные стены и двери.
Точно такой же можно увидеть в любой больнице победнее. Что там было еще?
Кабинет. В кабинете стеклянные шкафы, стол, топчан под простыней,
гинекологическое кресло, еще один шкаф возле умывальника... короче,
стандартный набор стандартного кабинета. Ничего слишком старого и ничего
нового. Если и был в кабинете календарь, то я его не заметил. Или не
запомнил. Или он лежал на столе, под грудой папок и бумаг. У самого такой же
стол был в свое время. Теперь другой, получше. Но тоже завален записями.
Блин, мир другой, а привычки из старого тянутся! Да кому они на фиг
нужны, эти карточки пациентов?! Только время на них трачу и бумагу перевожу.
Дорогую, за свои деньги купленную.
- Ты прав, Многозрящий. Это могла быть и мать моей матери.
Тогда все сходится: и фамилия - мамочка родила меня до замужества, и
немного другой характер, и... а что еще? Вот хренов дедок - озадачил, а я
сижу-гадаю, в детектива играю. И стихами думать начинаю. И всех на хрен
посылаю. Да какая разница, сон по двухтысячный год мне показали или про
восьмидесятый! Все равно я хочу смотреть другой!
- Почему? - без всяких словоблудий спросил дедок.
Значит, выпил он столько, что на длинных оборотах язык заплетается.
- Потому, что он мне не нравится!
- Чем?
Голос совершенно трезвый, а в глазах стеклянный блеск.
- Тем, что... - Ну, как объяснить, чем не нравится? Не нравится, и все
тут! - А сам ты посмотреть не можешь?
И двигаю к деду шкатулку.
- Могу, - трогает ее пальцем. Словно пробует горячая или нет. - Только
я не пойму.
И голос вдруг становится счастливый-счастливый!
Все, дедушке больше не наливаем. Да и мне, пожалуй, хватит. Тем более,
что все кувшины на боку лежат.
- Почему это не поймешь? Вот посмотришь и...
- Мне будет интересно побыть матерью твоей матери.
- Да ничего в этом интересного нет!
- Для тебя. Ты уже был.
Ну, что на такое ответишь? А старикан хитро улыбается и ждет, чего же я
отвечу.
- Понимаешь, ста... Многозрящий. Та женщина собирается родить ребенка.