"Г.Е.Миронов. Кровь на нациях (Криминальный роман в шести версиях) " - читать интересную книгу автора

Успел пожарить яишницу с макаронами, выпить цикория с молоком вместо кофе
/тоже - врачи рекомендуют от давления, давления у полковника ещё не было,
ну, так и не будет/, как позвонил дежурный по горотделу милиции.
- Товарищ полковник, у нас ЧП.
- Что случилось, Савватеев, не вибрируй, по порядку.
- Утром патрульная машина объезжала центральный район города. Возле
новостройки на углу улицы Барклая де Толли и улицы Красноармейской заметили
двух собак уличных. Те сидели и выли возле ворот. Ворота были раскрыты.
- Они что у строителей, все время раскрыты?
- Так точно. На сторожа денег не хватает. А закрывать у нас без толку,
что закрыто, то и откроют. Такой народ. А когда открыто, ничего, не было
случаев хищения стройматериалов.
- Ну да, не было. Просто знают, что город небольшой, все равно найдем.
- Вот я и говорю - не было. Ну, значит, патрульные вышли, заглянули за
изгородь. А там труп.
- Чей труп?
- Молодой красивой женщины.
- То, что красивой, пока дела не меняет. Фамилия?
- Уточняем.
- Ладно, звони Петруничеву, Конюховой, а я горпрокурору позвоню. Еду.
8 августа 1998 г. Капитан Петруничев

- Считай, что уже выехал, - нетерпеливо бросил в трубку капитан
Петруничев.
Он выгреб из кастрюльки остатки овсяной каши, быстро провел правой
ладонью по лбу, груди... Фуражка на месте по центру, документы в кармане,
ствол в кобуре, ширинка застегнута. И вперед. На выход с вещами, как
говорится. Успел позвонить с общей площадки на две квартиры соседке Тоне, -
- Тонечка, у нас проблемы, когда вернусь - не знаю, вот ключ,
присмотри за мамой.
- Она завтракала? А то у меня рисовая каша для моих оглоедов поспела,
- вытерла раскрасневшееся у плиты лицо соседка.
- Нет, не надо рисовой, ей полезнее овсяная. Уже покормил. Ты загляни
к ней часов в 12. Не надо ли чего, сама знаешь.
- Она все сделала?
- Все, все. Ты на всякий случай.
Машина уже ждала. Он помахал, садясь в уазик, на втором этаже в окне
мелькнула сухонькая рука матери. Приподняться она уже не могла в постели, и
было у них так заведено: не глядя, она махала ему рукой, вычислив, когда он
спустится вниз и выйдет из подъезда, а он, зная, что она его не видит,
махал ей.
Телефон у мамы под рукой, если что, сама позвонит соседке. Та забежит
или старших из детей пришлет. С соседями они жили душа в душу. Пульт, чтобы
включить телевизор - тоже под рукой. Вода, термос с горячим чаем с лимоном,
печенье, конфеты, бумажные салфетки. И ещё специальные гигиенические
салфетки, которые раздают в самолетах, - вынимаешь её из закрытого
пакетика, а она влажная и пропитана одеколоном. Приятно освежает лицо и
руки.
Мама уже пять лет лежала недвижно, разбитая параличом.
Конечно, крест он нес. Но, как-то не драматизируя сложившуюся