"Тимур Литовченко. Казнь через помилование, или Фантом" - читать интересную книгу автора

как корабль взорвался, от продольной отделилась поперечная кольцевая
трещина, и корпус судна раскололся пополам. Развороченная хвостовая часть,
гонимая продолжавшими действовать рабочими двигателями, развернулась налево
и вниз, прошила стену туннеля и исчезла за ней, лишь ярко-зелёные
эллиптические волны побежали в оба конца шевелящейся трубы! А носовая часть
проплыла над нами, и вместе с воздухом из неё выпадали какие-то обломки... и
совсем маленькие, такие крохотные фигурки! Люди. Они бессмысленно дёргали
ручками, ножками и головками, извивались, корчились, а затем переставали
корчиться, извиваться и дёргаться и плыли в пространстве такие же мёртвые и
застывшие, как обломки корабля вокруг них.

И знаете, мне показалось, что я ясно увидел среди них всех своих, как
вижу вот сейчас вогнутую чашу гигантского стадиона и приготовления к казни!
Паола держала на руках крошку Дори. Она с укором кивала головой, словно
говоря: "Как ты мог, Деми?.." И, несмотря на столь откровенно осуждающий
жест, в её глазах читалось понимание, от чего мне даже стало немного легче.
Мук спрятал руки в рукава курточки, дрожал и хныкал: "Мне холодно, папа... и
больно!" А потом раздулся, как мыльный пузырь, и тоже лопнул. Только,
понятно, без дыма, искр и огня. Вообще они все там лопались, возможно,
просто я заметил это явственнее, наблюдая за Муком. Зато Сплинт меня не
подвёл! Мальчик в самом деле улыбался по самые уши, махал рукой и кричал: "Я
горжусь тобой! Ты смог, папочка! теперь они тебе поверят". Так он и поплыл
дальше - ледяной мумией, не переставая улыбаться даже мёртвым...

- Однако, вы едва не опоздали с выстрелом, Демин. Советую в следующий
раз быть порасторопнее, - сказал у меня над ухом дарк. Совершенно
обезумевший, я посмотрел на него, на табло с одиноким огоньком. Провёл
высвобожденной от захвата рукой по волосам, помахал перед глазами. Я видел
всё это, ощущал - и вместе с тем не видел. И не ощущал. Я вообще ничего в
это время не воспринимал. Да и стал ничем. И прилежно поспешил закрепить
данный статус. Девять остальных кораблей я уничтожил не колеблясь, в первую
же секунду после команды. Дарк был вполне доволен.

Наконец, проведя в плену месяц, я был снабжён наиподробнейшими
инструкциями и одиннадцатью записями компромата. После несколько даже
задушевной прощальной беседы с целой группой дарков (мой оказался там лишь
мелкой сошкой) был тайно высажен на седьмой планете Альдебарана. Как и
прежде, я находился в странном полусонно-полуслепом состоянии, похожем на
сомнамбулизм. И словно направляемая чужой волей сомнамбула (или
запрограммированный заранее робот, это уже кому как нравится) прежде всего
направился на местную базу Легиона и попросил немедленно доставить меня в
ближайший филиал контрразведки.


4

Вся агентурная сеть дарков была ликвидирована в течение шестидесяти
восьми часов. Собственно, хватило бы и тридцати шести. Просто три рядовых
агента и "десятник", завербованные уже после меня, прибыли к местам
назначения на сутки позже, чем я. Поэтому операция чуть-чуть затянулась.