"А.Дж.Квиннел. До белого каления (Новинки зарубежного детектива) " - читать интересную книгу автора

фашисту. Он не растерялся и решил на вырученные за дом деньги сбежать в
Америку - их вполне хватало, чтобы купить все нужные документы.
Гвидо оформил дом на имя матери, поскольку сам в то время был еще
несовершеннолетним. Потом он сделал неплохой ремонт, разгородил большие
комнаты и открыл публичный дом исключительно для офицеров американской
армии. Дела там шли бойко, и скоро в округе его заведение стали называть
"Сплендид". Мать Гвидо, пребывавшая в блаженном неведении, радостно носила
прибыли в банк и ставила в церкви свечи.
К 1954 году Гвидо занял в мафиозной структуре города прочное положение,
которое открывало ему самые радужные перспективы. Однако, как это часто
случается, растущие доходы обострили противоречия среди бандитских заправил
города, что вылилось в открытую вражду. На национальном уровне мафиозные
структуры еще не успели стать столь же слаженными и дисциплинированными, как
до войны. Старые хозяева с юга пока не были в состоянии распространить свое
господство на Центральную и Северную Италию. В то время они пытались
подчинить себе Рим и промышленно развитый север страны. Поэтому Неаполь их
особенно не волновал. Так уж сложилось, что преступный мир этого города
традиционно был своевольным и несговорчивым.
В самом Неаполе за власть тогда боролись две группировки. Гвидо,
оказавшись перед выбором, допустил первую ошибку в своей многообещавшей
криминальной карьере. Он взял сторону босса, которого звали Ваньино. Для
Гвидо это было вполне естественно, поскольку Ваньино контролировал
проституцию и доки. Однако он был уже далеко не молод, много лет провел в
тюрьме и не обладал достаточной силой воли. В результате для Гвидо и его
банды война между кланами закончилась поражением. В мафиозной иерархии они
занимали невысокое положение, поэтому оказались в самой заварухе. В течение
месяца половина молодцов Гвидо была перебита или бежала, а сам он очутился в
больнице с продырявленной из дробовика спиной. Ему тем не менее очень
повезло - все эти разборки могли кончиться для него гораздо хуже.
Пока Гвидо валялся на больничной койке, его утомленный жизнью и
беспечный покровитель Ваньино однажды поужинал не в том ресторане - он был
застрелен там, не доев жаркое.
После этого события полиция, как обычно, с опозданием стала
демонстрировать свою власть. Газеты и политики громогласно требовали
решительных действий. В итоге прокурор пошел на сделку с главарем одержавшей
верх банды - неким Флориано Конти.
В результате была доказана вина дюжины специально отобранных рядовых
преступников, которых осудили и бросили за решетку. В их числе оказался и
Гвидо. Злой и обиженный сидел он в зале суда и слушал приговор - два года
тюремного заключения. Тогда ему было восемнадцать лет.
Тюрьма оказалась для него страшным ударом. Дело было не в лишениях и не
в оскорбленном чувстве собственного достоинства - он привык и к более тяжким
испытаниям. В камере Гвидо обнаружил, что страдает острой клаустрофобией -
боязнью замкнутого пространства, и болезнь привела его в состояние глубокой
депрессии. В то время итальянская тюремная система не признавала этого
заболевания, которое приносило Гвидо нестерпимые страдания.
После освобождения он два месяца провел в Позитано, причем не в доме
матери, а на холмах, за чертой городка, где он спал под открытым небом.
Прямо перед ним открывалась безбрежная даль Средиземного моря, а позади,
насколько хватало взгляда, тянулись бесконечные холмы. Он медленно приходил