"Яков Невахович Кумок. Карпинский (Жизнь замечательных людей) " - читать интересную книгу автора

написаны, похоже, лишь для того, чтобы защитить от нападок кадетскую
старину. Не находим упоминаний о Карпинском и в мемуарах других
воспитанников. Чем это можно объяснить? Скорее всего тем, что Карпинский
ничем особенным не выделялся. Не был слишком шаловлив или драчлив, не
отличался яркими способностями. Учился хорошо, даже очень, но не блистал.
Никто из сверстников или преподавателей не взялся бы предугадать его судьбу.
И никто, конечно, не смог бы ее предсказать...
После этого отступления читатель не упрекнет нас, если мы перейдем
непосредственно к выпускным экзаменам. Чем ближе к ним, тем пышнее
задавались балы и шились костюмы к спектаклям. "Устраивались инсценировки
эпизодов из учебников и хрестоматии в стихотворной форме, а однажды была
поставлена особая, написанная Скальковским оперетка "Дон Алонзо"
(предвосхитившая этот еще неизвестный в нашей столице род представлений)...
Музыку к ней и оркестровку скомпоновал воспитанник Дмитревский... Был
исполнен фривольный французский танец на балу у короля..."
Александр играл в оркестре; руководил им известный дирижер
Михайловского театра Бетц. Как-то пришлось в несколько дней выучить партию
контрабаса, инструмента доселе незнакомого. "Гармонифлют заменил флейту и
кларнет. Исполнялись увертюра к "Свадьбе Фигаро" Моцарта и другие пьесы".
Скальковский, сочинивший либретто "Дона Алонзо", сокурсник Александра,
вскоре займет важный пост в Горном департаменте и сделает кое-какую
литературную карьеру. Карпинский оставил запоминающуюся характеристику:
"Ярый консерватор и бюрократ, талантливый, остроумный писатель, ради
красного словца никого не жалевший, автор не только фельетонов и занятных
книг, но и серьезных сочинений, как бы старавшийся своею деятельностью
оправдать известное изречение, что всякий род литературы хорош, кроме
скучного".
Из выпускников Горного Карпинский упоминает еще Н.К.Михайловского -
известного публициста (правда, он шел двумя годами раньше и курса не кончил,
был исключен) и философа Н.Дебольского, автора книг "Введение в учение и
познание", "О диалектическом методе", "Философия будущего" и других.
Выпускных экзаменов ждали со страхом; профессора стращали тем, что
может приехать сам император. Но то ли сказался переходный период, то ли по
какой другой причине строгостей на экзаменах особых не было, но и былой
торжественности тоже. Карпинскому в дипломе выставили следующие оценки: по
закону божьему, русскому языку, истории, геометрии, географии, статистике,
прикладной и горной механике, минералогии - очень хорошие; по остальным
предметам - среди них французский и немецкий языки, теоретическая механика,
геогнозия - хорошие; "изрядные" знания выказал он в рисовании. "Окончивший с
полным успехом курс учения в Институте Корпуса Горных инженеров Александр
Карпинский за прилежание и отличные успехи в науках награждается малою
золотою медалью".
Еще прошлогоднему, 1865 года выпуску присваивались офицерские звания, и
в зависимости от чина выдавалась на обмундирование определенная сумма:
поручикам по 150 рублей, подпоручикам по 125. Теперь они были гражданскими,
и всем выдали по 130 рублей.
Им было по 18 - 20 лет, в чемоданах лежали дипломы инженеров,
предстояло разъехаться кому куда, по глухим уголкам страны, чтобы, руководя
людьми и техникой, вести разведку и добычу. Доведется ли снова увидеть
Петербург и родной Горный?