"Валерия Комарова. Цена за Жизнь " - читать интересную книгу авторамилю, на грязной щеке белели подживающие царапинки, а на носу нашла приют
огромная бабочка, видимо приняв сей выступ за неизвестный ей до сих пор экзотический цветок. Длинные каштановые кудри разметались по траве, в них путались листики и цветы. Путник тихо похрапывал, выводя носом рулады какой-то подозрительно знакомой песенки. Прислушавшись, Изи узнала мотив и едва не расхохоталась, в последний миг зажав себе ладонью рот. Вот уж Дарш удивится! Его творение, задумывавшееся как рок-опера, нашло признание в качестве самой популярной колыбельной всех времен и народов. Оказывается, даже в глуши лесной чащи закрытого мира, не ведавшего о существовании Сферы, от него не скрыться. За всеми этими размышлениями Изумруд не заметила, что незнакомец очнулся и теперь нагло разглядывает ее из-под полуопущенных серебристо-серых ресниц. Бабочка задумчиво шевелила усиками, разрываясь между желанием досмотреть этот спектакль или полететь на манящий цветочный запах, принесенный шаловливым лесным ветерком с дальних полей. В конце концов она не совладала с искушением, справедливо решив, что таких вот встреч в этом мире сотня в секунду, а пока она будет изображать из себя заядлого театрала, конкуренты облюбуют лучшие цветы и ей опять придется довольствоваться одними одуванчиками. И в этот самый момент мужчина чихнул. Оглушенное насекомое заметалось по полянке в поисках спасения. Не рассчитав траекторию, бабочка врезалась в одно из деревьев и медленно сползла по стволу. Изумруд попятилась. Впервые в жизни она испугалась внезапно нахлынувшего смешанного чувства восторга и страха. Впервые за сотни лет она не смогла победить в безмолвном поединке взглядов. Едва мужчина глянул на что эти людские щелочки не просто уродливы, а отвратительны, сейчас же не могла вспомнить ничего, что могло бы заставить поблекнуть эту безграничную синь. - Привет! - Он широко улыбнулся и легко вскочил на ноги. - Извини, я тебя испугал? Изи покачала головой, а Дракон внутри нее хохотал над предположением, что человек способен вызвать в ней хоть какие-то чувства, кроме омерзения. - Я занял твою поляну? - Мужчина потянулся, хрустя всеми костями, и поправил меч, притороченный к поясу. Вновь молчаливый кивок. - Ты всегда такая приветливая? - Он приподнял одну бровь и поднял с травы свернутую тряпку, которую использовал вместо подушки. При ближайшем рассмотрении это оказался линялый, когда-то бывший синего цвета плащ, годящийся, по мнению Изи, разве что только на мытье полов. - Я всегда сама леди вежливость, - соизволила она открыть ротик. - Я лишь жду, пока вы догадаетесь представиться, а то мне мама в детстве строго-настрого запретила разговаривать с незнакомцами. Он на миг опешил и... расхохотался. Не обращая больше никакого внимания на нервно постукивающую сапожком девушку, он направился к седельным сумкам, сваленным в сторонке под кустом лещины. Срывая между делом орешки, нахал отправлял их в рот, довольно хрустя и сплевывая скорлупки. Одновременно он умудрился запихнуть свою импровизированную подушку в один из тюков и вытащить из соседнего баула обитую бархатом коробочку и очередную модификацию незаменимого помощника уборщицы, на сей раз алую. |
|
|