"Джонатан Келлерман. Доктор Смерть ("Алекс Делавэр")" - читать интересную книгу автора

личное мнение: похвастаться. Торжеству Мейта не было предела. Именно тогда
один из журналистов упомянул о дешевых гостиницах. Мейт, побагровев, выпалил
фразу про Иисуса.
Несмотря на возмущение общественности, окружной прокурор не предпринял
никаких действий по поводу этой смерти. Пять предыдущих оправданий показали,
что выдвигать против Мейта обвинения бесполезно. Доктор Смерть чувствовал
себя триумфатором. Он бахвалился своими подвигами словно избалованный
ребенок.
Маленький круглый лысеющий человечек лет шестидесяти с одутловатым
лицом и высоким визгливым голоском уличного торговца издевался над системой
правосудия, перед которой он был неуязвим, бросаясь с нападками на "рабов
лицемерной клятвы". Свою победу он провозглашал бессвязными предложениями,
одетыми в броню туманных слов ("Мои отношения с путешественниками являют
собой пример взаимного плодоношения"), останавливаясь только для того, чтобы
поджать тонкие губы, которые, если не шевелились, казалось, были готовы
сплюнуть. Микрофоны, засунутые ему чуть ли не в рот, вызывали у него
торжествующую усмешку. Глаза Мейта горели огнем; разговаривая, он постоянно
срывался на крик. Слушая его торопливую скороговорку, я почему-то вспоминал
водевиль.
- Да, он был тот еще фрукт, а? - сказал Майло. - Мне всегда казалось,
что если счистить с него медицинско-юридическую шелуху, останется обычный
маньяк-убийца с врачебным дипломом. А теперь он сам стал жертвой какого-то
психопата.
- Потому ты и вспомнил обо мне, - усмехнулся я.
- Ну а о ком еще? - согласился Майло. - Не нужно также забывать о том,
что прошла уже целая неделя, а я не продвинулся ни на дюйм. С радостью
услышу от тебя глубокомысленные заключения относительно характера поведения
и тому подобного, доктор Делавэр.
- Пока могу только поделиться мыслями об издевке, - сказал я. - Убийца
мечтает о славе. Эгоцентрист, потерявший контроль над собой.
- Под это описание подходит сам Мейт.
- Тем больше причин избавиться от него. Только задумайся: если ты
отчаявшийся неудачник, считающий себя непризнанным гением и желающий
прилюдно изобразить из себя Господа Бога, что может быть лучше, чем
устранение Ангела Смерти? Скорее всего, ты прав относительно неудачного
путешествия. Слушай, а если у убийцы была назначена с Мейтом встреча, быть
может, Мейт где-нибудь сделал о ней отметку?
- В его квартире рабочий календарь не обнаружен, - сказал Майло. -
Вообще никаких деловых записей. Предположительно, все свои бумаги Мейт
хранил у своего адвоката Роя Хейзелдена. Тот еще болтун. Можно было ожидать,
что после случившегося с его клиентом будет трепаться, не закрывая рта - а
вот и нет. Адвокат тоже исчез.
Хейзелден присутствовал вместе с Мейтом на той пресс-конференции, что я
видел. Крупный мужчина лет пятидесяти с хвостиком, цветущий, с пышными
рыжеватыми волосами.
- Тоже улетел в Амстердам? - поинтересовался я. - Еще один гуманист?
- Пока что я не знаю, где он, - просто никто не отвечает на звонки...
Да, кругом одни гуманисты. Hani плохой мальчик, наверняка, также считает
себя гуманистом.
- Нет, не думаю, - возразил я. - По-моему, ему нравится быть плохим.