"Житие мое" - читать интересную книгу автора (Сыромятникова Ирина)

Глава 16

Так получилось, что выбраться с фабрики в офис мне удалось только через неделю. Я рассчитывал задать Йохану парочку вопросов, но стол белого мага пустовал.

- Он взял отпуск, - Полак старался на меня не смотреть, - для поправки здоровья. За это время надо бы привести дела в порядок...

Этот белый маг начал внушать мне уважение - сам решил обратиться за помощью! Скажем прямо: этим ребятам далеко не всегда хватает духу осознать свои проблемы. Хороший повод засучить рукава.

- Могу я взять записи испытаний?

Полак ткнул пальцем в набитый папками шкаф. Интересно, а в записях у них такой же бедлам, как в чертежах?

В толстых переплетенных журналах хранилась летопись деяний "Биокина". Два года назад все начиналось очень бодро: команда из трех магов и четырех алхимиков собралась, чтобы объединить в одном устройстве целый ворох графиков и закономерностей, которым подчинялось существование усовершенствованных бактерий. За основу был взят стандартный бродильный чан и четыре самых перспективных штамма. На уровне пробирок процесс работал изумительно, но стоило им перейти к натурным испытаниям, обломы пошли один за другим, а если говорить конкретно - рекордом бесперебойной работы газогенератора был месяц. Первыми дезертировали алхимики, быстро смекнувшие, что халявы не будет, за ними потянулись маги, один из которых был учеником Йохана. Последние полгода "Биокин" работал в урезанном составе, отрабатывая (как казалось) последние нюансы конструкции. И вот результат...

В пору увольняться. Но деньги, выданные Четвертушкой под аванс, я успел промотать, и возвращать их было не с чего. Если эта штука не может работать, надо, хотя бы, объяснить - почему.

За три недели я успел обкатать проблему в уме и рассмотреть со всех сторон, ориентируясь, главным образом, не на предложенные разработчиками бактерий графики, а на действия людей, которым удавалось худо-бедно управляться с бродильными чанами (последнему очень способствовали начавшиеся каникулы - теперь я мог сидеть на фабрике хоть сутки напролет). По моим ощущениям, агрегаты оказались до изумления тупыми, в том смысле, что от начала управляющего воздействия до появления отклика проходило несколько минут, а то и четверть часа. Судя по записям испытаний (а у меня не было желания устраивать что-то подобное еще раз), введение в бродильный чан усовершенствованной культуры было равносильно попытке запустить движок трактора на нитроглицерине. Чур, меня, чур! Вы представляете, что будет, если на дерьмовой фабрике что-нибудь рванет? То, что "Биокину" удавалось удерживать агрегат стабильным в течение месяца, было шедевром алхимической мысли, сродни висению на реактивной струе. Для того чтобы обосновать свои ощущения, я перелопатил все статьи Йохана и записи лекций по теории управления, вывод был неутешительный: пользоваться продукцией "Биокина" на ассенизационных фабриках было попросту невозможно, по крайней мере, без существенного изменения конструкции чана.

Вот эту-то мысль я и изложил на очередной кофейной пятиминутке, которые теперь происходили регулярно (Йохан, пополневший и порозовевший, снова вышел на работу).

- А как, по-твоему, должен выглядеть "идеальный чан"? - Полак поощрительно улыбнулся.

- Как длинная, небольшая по диаметру трубка.

Карл фыркнул.

- Она будет слишком быстро остывать!

- Ее можно утеплить снаружи, - огрызнулся я.

- Использовать греющуюся культуру! - неожиданно поддержал меня Йохан.

- А чистка? - не унимался Карл.

- Можно объединить несколько трубок в батарею и чистить по одной, - в глазах Полака уже вертелись вереницы цифр и схемы конструкций, - меньший объем, с ним проще обращаться!

- И использовать разнородные культуры, - гнул свое Йохан.

Коллектив воспрянул духом, работа закипела. Первым ее результатом было то, что Карл выгнал меня с облюбованного мною кульмана. А свой перетащить к окну слабо?! Я начал было возбухать, но вовремя сообразил, что на волне энтузиазма он сделает за меня всю сложную работу, после чего тихо отвалил и вернулся к неторопливой сортировке чертежей.

Полак выбил у заказчика денег на макет (простой, однотрубочный) и это был подвиг, достойный занесения в анналы. После двух лет крутых обломов, заставить покупателя раскошелиться на еще одну (!) установку... Дар убеждения у Полака был просто феноменальный, хотя, возможно, Рон тоже поспособствовал его успеху. Можно было надеяться, что к концу лета новый газогенератор будет испытан.

Но вот вопрос: не стоит ли мне уволиться до того, как эту штуку попробуют запустить или все-таки дождаться результата? Нет, в работоспособности установки я был уверен, но объясняться с тем мастером мне совершенно не хотелось.

И вот как раз тогда, когда чертежи были сданы в цех и стало понятно, что до начала испытаний проблем с новым газогенератором не будет, Рон зазвал меня отмечать что-то в погребок "Три студента". Я не возражал и сильно надеялся, что на столе будут напитки, более крепкие, чем кофе - вся эта творческая канитель изматывала даже сильнее, чем встреча с Потусторонним.

- Пляши! - объявил Четвертушка.

- А по зубам?

Он даже обиделся:

- Чего ты такой злой стал?

Я мог бы ему сказать - почему, но не хотел начинать все сначала.

- Патент наш купили...

- М-м...

- ... за двадцать пять тысяч!

- !!!

- И крона с каждого агрегата, на который он будет установлен. Ты представляешь, сколько дизелей они делают в год?!!

- Но наша штука будет не на каждом: черная магия - дорогое удовольствие.

Четвертушка прищурился:

- Мужик, а ты показывал кому-нибудь этот амулет?

- Ну... Ракшату, например.

- А он тебе сказал, что твоя схема - "трансмастер"?

- Нет.

- Ну, так я тебе говорю! Она не использует Источник, значит, ее может установить любой чародей. Черная магия нужна только для создания обратной матрицы, а потом шлепать эти амулеты может любой белый олух. Занавес!!

Наверное, так себя чувствует кот, на которого вылили миску сметаны.

- А мы не продешевили?

- Шутишь? Мы продали только принцип, разрабатывать матрицы и налаживать производство нам не придется.

Поскольку я уже знал, чего стоит реализация голой идеи в материале, то понял, что мы озолотились почти что на халяву.

- А когда деньги?..

Четвертушка торжественно вручил мне чек - большую, разноцветную бумажку с золотым тиснением и металлическим отливом. Деньги. Очень много денег. Практически без напряжения. Как я это люблю!

- На что потратишь? - полюбопытствовал Рон.

Я только отмахнулся. Пока мне хотелось просто смотреть, носить ее с собой и всем показывать.

- Ну, а проценты - на твой школьный счет.

- Рон, ты - гений!

- Да ладно, - засмущался Четвертушка. - Еще что-нибудь придумаешь, приходи!

И тут я заметил забавную деталь.

- Слушай, он же выписан две недели назад.

- Ну и что? Это же не рыба, не стухнет.

- Так что ж ты его сразу не отдал?

- Чтобы у тебя был стимул для работы!

Когда до меня дошел смысл сказанного, я чуть не лишился дара речи.

- Ах, ты...

Убить его! Стереть с лица земли гаденыша, и что б потомства не оставил!!!

- Тихо, тихо ты! Да ты чего завелся?!! Все же отлично получилось!

- У!!!

Несколько минут я безуспешно гонялся за Четвертушкой по заведению, но встречаться в честном бою с разгневанным черным магом Рон отказался и заперся в туалете. Ломиться туда при всех было как-то неудобно, и я вернулся за столик, решив из вредности прикончить всю закуску без него.

Вот проходимец... Оборони Бог оказаться где-нибудь под его началом!

Минут через десять Четвертушка осмелел и выбрался из своего убежища:

- Зря ты так, Том! - прочувствованно объявил он (свиных ушек на тарелке уже не осталось). - Я ведь как лучше хотел.

- Пропади ты! И все из-за какой-то девки?!

- Шутишь? - оскорбился Рон. - Я с дядькой об заклад побился, что дело пробью! На тридцать процентов акций.

Что тут скажешь? Это талант, однозначно! Что-то типа черной магии, только дохода дает больше.