"Синди Чупак. Девушки в период одиночества " - читать интересную книгу автора

перед двумя сотнями ближайших друзей. Несмотря на горечь этого последнего
замечания, мы с бывшим мужем остались друзьями, потому что он как был, так и
есть один из самых замечательных людей из всех, кого я знаю. И вместо того
чтобы мучиться мыслью, что это я превратила его в гея, я предпочитаю верить
романтическому замечанию моего психотерапевта. Он сказал, что мой бывший муж
не испугался откровенно признаться мне во всем, а сколько мужчин на такое
отважатся? Надеюсь, только один.
И вот мы сидим в китайском ресторане: мой бывший муж-гомосексуалист и
я. Я расплачиваюсь за наш обед карточкой "Виза", что важно, так как на таких
карточках есть фото. На этой карточке моя свадебная фотография (платья не
видно), потому что не могла взять и выбросить эти фотографии. Я очень хорошо
на них получилась. Милая пожилая пара за соседним столиком смотрит на нас с
улыбкой, и я уверена, они думают, что у нас свидание. Я подавляю в себе
нездоровое желание рассказать им, как у нас обстоят дела на самом деле. Но я
этого, конечно, не сделаю, потому что моему бывшему мужу, по-видимому, нужен
от меня совет, или одобрение, или что-то еще. Он, видите ли, не уверен, что
любит своего партнера так, как тот его любит. И он не знает, что делать:
партнер начал разговоры про долговременные отношения и даже про совместное
усыновление детей. Пожилая пара улыбается, глядя на нас, и мою свадебную
фотографию возвращают обратно на подносике, и все, о чем я могу думать, -
это что у моего бывшего муж и ребенок появятся раньше, чем у меня.
Так что нет, я сейчас ни с кем не встречаюсь. Я оцениваю, размышляю и
надеюсь, что дорога, по которой я иду, не закачивается тупиком. Я пишу об
этом роман. Основная идея такова: я не уверена, что конец вообще должен
быть. Мне бы хотелось, чтобы в романе появилась родственная душа: человек, с
которым я могла бы провести остаток жизни, чтобы мы могли размышлять о
сложном жизненном пути. Между тем я приняла предложение журнала "Гламур",
потому что я не прощу себе, если упущу возможность писать от первого лица.
Однако от первого лица мне писать трудно, принимая во внимание, что писать
мне надо было о свиданиях, а в последние девять месяцев у меня был только
один прецедент, да и то все ограничилось поцелуями. Я начала относиться к
этой работе как к творчеству в жанре фантастики.
Последний мужчина, с которым мне довелось целоваться, был специалистом
в этом деле. Но то были классические отношения в целях реабилитации. Он был
полной противоположностью моему мужу. Я имею в виду, что разговаривать с ним
было абсолютно не о чем. Между тем на способность человека выражать вслух
мысли я обращаю внимание. Умение общаться - для меня важный показатель,
потому что с моим бывшим мужем мы могли говорить о чем угодно. Я могла
разговаривать с ним, как с подругой. Да-да, я была слепа. Так что в целях
личной безопасности после развода я стремилась встречаться с "настоящими"
мужчинами, которые могли предпочесть мне футбол, ни черта не знали об
антикварной мебели и в большинстве случаев вообще не понимали, о чем я им
говорю.
Когда я сделала первый набросок статьи "Как встречаться с несколькими
мужчинами одновременно", то подумала, что все это звучит оптимистично и
забавно. Хотя, возможно, сильного сочувствия к "проблемам" любвеобильных
женщин я не испытывала. Статья начиналась словами: "Я восхищалась Лайлой".
Лайла - подруга редактора и автор идеи. Она сама должна была писать эту
колонку, но, во-первых, она не писатель, во-вторых, у нее нет на это
времени. Она ходит на свидания. Статья тем не менее начиналась так: "Я