"Ната Чернышева. Момент бури " - читать интересную книгу автора

ему и полагалось по должности. А жена... Прическа, не столь уж давно бывшая
верхом изысканности и изящества, растрепалась, длинные, вьющиеся мелкими
колечками волосы закрывали лицо. Мне показалось, будто жена тоже спит, но я
мог и ошибаться. Эта женщина по-прежнему оставалась для меня загадкой,
разгадывать которую я даже и не пробовал - пока было не до того.
Кристина вновь взглянула на меня. Упрямства в ее взгляде чуть-чуть
поубавилось. Я знал, что она привязалась к малышу, полюбила его, как родного
братика, которого у нее никогда, кстати, не было. Она с удовольствием
возилась с ребенком, и он платил ей той же монетой.
Кристина осторожно коснулась пальчиками запястья женщины. Та вздрогнула
(значит, все-таки спала!), вскинула голову, огляделась вокруг с видом
затравленного звереныша, не знающего с какой стороны ожидать удара, потом
увидела меня и сразу расслабилась, даже попыталась улыбнуться. Я
успокаивающе улыбнулся ей в ответ.
Боль. Вот что я чувствовал снова и снова, каждый раз, когда она
смотрела на меня вот так - с надеждой, растерянностью и отчаянием человека,
доведенного до самого края. Боль и горечь, бесконечную нежность и яростное
стремление оберегать, защищать ее - до последнего вздоха, до последней капли
крови, если понадобится. И плевать, что из этого было моими собственными
чувствами, а что - порождением внедренного в сознание психокода!
Жена завозилась, устраиваясь удобнее, осторожно переложила спящего
малыша с одной руки на другую, потом опустила голову и уснула так же
мгновенно, как и проснулась. Мне она доверяла. В отличие от Кристины,
предпочитавшей вообще никому не верить.
Я не знал ее имени. Я вообще не знал о ней ничего, кроме того, что
она - моя жена и мать моего сына. И если понадобится, я за нее кого хочешь
порву! Пусть посмеют только...
Кристина вопросительно посмотрела на меня. Я покачал головой. Пусть
спит. Вначале надо наведаться к Айру и все устроить. "Я с тобой!" - тут же
заявил хмурый взгляд Кристины.
- Мороз, - напомнил я. - Холод. Снег и ветер. Десять метров до входа. И
придется еще возвращаться.
Кристина помрачнела еще больше. Теперь ее взгляд выражал высшую степень
недоверия и упрямства. Она пойдет со мной. И мороз, холод, снег или ветер ее
не остановят.
- Ладно, - сдался я. - Потом не говори, что тебя не предупреждали.
Капюшон надвинь. И нос шарфом укрой. А перчатки? Куда ты дела свои
перчатки?! Хочешь без рук остаться? Нашла? Вот и молодец. Тогда пошли...
У нашего глиссера не было дверей. Приходилось сдвигать весь купол,
чтобы выбраться наружу. Легкая модель, предназначенная для прогулок по
просторам Ганимеда в летний сезон, оказалась непрактичной в суровом климате
моей родной планеты. Но другой машины у меня не было. Честно говоря, я
рассчитывал, что Айр поможет мне раздобыть подержанный "Снегоход", "Буран"
или хотя бы "Кроху". Не соваться же за Малый Провал на этой ганимедской
жестянке!
Конечно, если хорошенько подумать, то Зима-Земля - не самый
благоприятный для проживания мир. В подземных городах Марса, в лунных
поселениях, надежно укрытых от вакуума многослойными защитными куполами, в
сухих степях Содатума, даже в венерианских стриновых болотах жилось не в
пример легче. Но практически все межпланетные перелеты контролировались