"Михаил Черненок. Оперативный розыск " - читать интересную книгу автора

Ницак. - Хлебокомбинатовскую кассу до копейки зачистили.
На круглом лице Шурыгина не дрогнул ни один мускул. Он лишь чуточку
прищурился от табачного дыма, снова поднес к губам сигарету и усмехнулся:
- Не могли они этого сделать, пьяные в стельку все были.
- А вы? - быстро спросил Ницак.
- Я тоже как сапожник нализался, - Шурыгин сигаретой показал на
узенькую дверь в стенке возле крыльца: - В кладовке ночевал, жена меня
хмельного в дом не пускает.
Ответ не требовал расшифровки. Судя по нему, у Шурыгина не было даже
мало-мальски убедительного алиби.
В этот же день, поздним вечером, Ницак встретился с Бухтарминым. Тот с
пятого на десятое кое-как подтвердил рассказанное Шурыгиным. Из выпивавших у
него собутыльников он более-менее был знаком с Шурыгиным, несколько раз
привозившим ему на своей машине уголь, и с хлебокомбинатовским монтером
Евгением, фамилия которого, как выяснилось, Ведров. О Косте Бухтармин знал
только, что у того сестра работает водителем троллейбуса, а о пятом
собутыльнике - Николае - "вообще понятия не имел, кто он и откуда". Ничего
вразумительного не сказал Бухтармин и том, когда разошлись "гости". Заснул
раньше их ухода и мертвецки проспал всю ночь. Так ли это было на самом деле,
ни малейшего доказательства не имелось.
Выйдя из дома Бухтармина, Ницак загляделся на освещенные окна
хлебокомбинатовских цехов. Вспомнив о лазейке в заборе, решил проверить, как
несет службу выставленный для наблюдения наряд сотрудников райотдела. Едва
он, тихонько отодвинув доску, пролез на территорию, из-под навеса, где
хранились баллоны, вышел невысокий молоденький сержант и, узнав начальника
ОУРа, откровенно обрадовался:
- Это вы, товарищ старший лейтенант!
- Как тут дела? - спросил Ницак.
- Сейчас тихо, а перед началом смены почти как через проходную лезли. -
Сержант достал из кармана блокнот. - Вот, всего за полчаса двенадцать
человек записал. Все до единого объясняют, что до проходной далеко обходить,
потому, мол, и лезут.
Ницак взял у сержанта блокнот. Повернувшись к свету уличного фонаря,
стал внимательно читать список. Третьей была записана фамилия "Ведров".
Ткнув в нее пальцем, Ницак на всякий случай уточнил:
- Этот тоже здесь пролез?
Сержант заглянул в блокнот:
- Так точно, товарищ старший лейтенант, - и показал на усадьбу
Бухтармина. - Вот из того дома вышел. На мой вопрос сказал, что на смену в
бараночный цех опаздывает, потому, мол, некогда до проходной обходить.
У сержанта, судя по ответу, была хорошая память. Вернув ему блокнот,
Ницак отправился искать Ведрова, который действительно оказался на смене в
бараночном цехе. Угрюмый, лет за пятьдесят, мужчина, то и дело царапая давно
небритую бороду, поначалу выдал "информацию" еще скупее, чем Бухтармин: "А я
ничего не помню". Однако Ницаку все-таки удалось заставить его кое-что
"вспомнить". Во-первых, выяснилось, что пригласил Ведрова к Шурыгину, чтобы
перебросить электропровода, Бухтармин. Во-вторых, когда Ведров покидал
застолье, в доме Бухтармина, кроме дремлющего хозяина, оставались Николай и
Костя. В-третьих, из всех пятерых собутыльников у Ведрова вроде бы
наметилось алиби: перед самым домом его встретил участковый инспектор