"Э.С.Абдулаев. Позывной - 'Кобра' " - читать интересную книгу автора

нашей группе был парень, окончивший школу с золотой медалью и ВУЗ с красным
дипломом. Обладая феноменальной памятью, на семинарских занятиях он слово в
слово цитировал выдержки из учебников. Но стоило преподавателю задать
каверзный вопрос, начинал плавать. Мы, хронические троечники в прошлой
жизни, напрягая извилины и, используя житейский опыт, выкручивались. Иногда
даже поражали преподавателя оригинальными вариантами решения задач и
получали пятерки. Оказалось, что в оперативном работнике выше всего ценится
именно способность думать. Через полгода, адаптировавшись к учебе, даже
выкраивали время сбегать на танцульки в ОДО. При упоминании окружного дома
офицеров у каждого выпускника Минской школы непременно мелькнет улыбка, он
вспомнит солдатский духовой оркестр на сцене, наяривающий "твист" и "шейк",
красивых барышень у входа, хватающих офицеров за руки:
- Товарищ лейтенант, проведите пожалуйста на танцы!
И без пятнадцати одиннадцать торопливое прощание с девушкой и
стремительный марш-бросок в расположение, чтобы успеть на вечернюю поверку.
Бывшие отличники получали тройки и имели бледно-синюшные лица. Ходили
байки, что на предыдущем потоке у одного "отличника" от перегруза поехала
крыша: заметили, что каждое утро он надраивает щеткой сапоги Феликсу
Эдмундовичу, чей огромный портрет висел в вестибюле. Над шутником сперва
посмеивались. Спохватились, когда он начал пускать пену и кусаться. Короче,
повязали и отправили домой.
Случилось так, что в начале учебы один из наших слушателей, будучи в
городе, на пять минут опоздал на вечернюю поверку. Ему устроили разнос по
служебной и партийной линии. Один ретивый коммунист даже предложил исключить
его из партии. Это было уж слишком. Мы заступились за своего товарища:
- Ребята, проблема не стоит выеденного яйца. Посмотрим, что еще будет
к концу учебы! Предлагаем ограничиться "постановкой ему на вид".
Парню все же влепили выговор.
Через полгода "ретивый коммунист" не вернулся ночевать. Мы с Валерой не
доложили по команде, надеясь, что к утру он объявится. Парнишка был
холостой, возможно завлекла в свои сети какая-нибудь красотка. Однако он
отсутствовал и на утренней поверке. Мы еще на что-то надеялись. Прошла
двухчасовая лекция в актовом зале. Его все нет. На семинарских занятиях
преподаватель наконец обратил внимание на его отсутствие. Начался разбор.
Переговорили с ребятами, с которыми вечером он был в ресторане, и выяснили,
что он ушел провожать официантку Танечку. Позвонили в ресторан. Оказалось, у
них работают четыре Тани. Попросили домашний адрес той, которая сегодня не
вышла на работу. Ребята съездили к ней на квартиру и обнаружили нашего героя
в нежных девичьих объятиях. Возмущению ребят не было предела: так бесстыдно
подставить группу! Потом все же сделали скидку на то, что он в эту ночь
лишился невинности, и ограничились выговором по партийной линии. Однако он
подводил еще не раз.
Я закончил Высшие курсы с одной четверкой по Советскому уголовному
праву, однако попал в список отличников. Большинство зачетов заработал
"автоматом" за активность на семинарских и практических занятиях. И что
интересно, получил пятерку за ненаписанный реферат по научному коммунизму.
Когда я поделился мыслями о том, в каком ключе собираюсь раскрыть содержание
темы, преподаватель схватился за голову, и попросил этого не делать.
На выпускных трехсуточных учениях я оказался в редколлегии стенной
газеты, которая освещала действия участников. По плану учений в Минск