"Акрам Айлисли. Сезон цветастых платьев" - читать интересную книгу автора

в своей жизни ехал принимать вступительные экзамены в институте, где уже
много лет преподавал, и внимательно разглядывал платье красивой девушки,
стоявшей возле кассы спиной к нему. В руках у нее был экзаменационный лист,
стало быть, ехала она по тому же делу: с экзамена или на экзамен. Платье,
если смотреть вблизи, было как бы из одного огромного подсолнуха.
Удивительный этот подсолнух был немножко похож на солнце и еще на море был
похож. И молодой деревенский парень на противоположном конце троллейбуса так
глядел на девушку, словно плавал в этом море, словно плескался в лучах этого
солнца, он весь светился, этот парень. Джанали-муаллим не видел лица
девушки, но экзаменационный лист она держала так, что фотография была
сверху, у него перед глазами; на фотографии девушка была недурна, очень
недурна, но по тому, как смотрел на нее парень, ясно было, что она гораздо
красивее, чем на фотографии. Итак, почему же представители народа никогда не
оказываются побежденными? Почему они всегда умны, сильны, осмотрительны?
Мысленно Джанали-муаллим уже экзаменовал стоявшую рядом девушку, лица
которой не видел. Ответь, только не спеши, подумай, припомни все сказки,
которые когда-нибудь слышала или читала. Не бойся, я тебе помогу... Не
знаешь? Сказок не знаешь? Ни одной сказки? Не может этого быть! Бабушка у
тебя есть? Бабушка, бабушка! Мать отца или матери. Или няня. Была няня и не
пассказала тебе ни единой сказки? Такого не бывает! Джанали-муаллим
разнервничался, будто и впрямь принимал экзамен. Ну хорошо, этого ты не
знаешь - оценка будет ниже. Но, может ты скажешь мне, что такое вообще
сказка? Да, сказка. Одна из самых распространенных форм устного народного
творчества. А? Не знаешь... И этого не знаешь. Не знаешь, что такое сказка,
и хочешь поступать на филологический. Ладно, отвечай по билету. Но...
Но это действительно была красивая девушка. Теперь она стояла перед
задней дверцей троллейбуса в двух шагах от Джанали-муаллима. Девушка
собиралась выходить, и свет в слегка обалдевших глазах парня, стоявшего на
другом конце троллейбуса, постепенно мерк.
"Дочь Портного..." Да, земляк, она ушла. Ушла. Ну а раз ушла, что толку
глядеть ей вслед? Садись, милый, и не горюй. Ответь-ка ты на мой вопрос.
Скажи, почему в сказках представители простого народа никогда не проявляют
слабости? Они - нет, а ты проявляешь. Очень даже. Иначе бы ты не пожирал ее
глазами, не было бы у тебя этого обалдевшего взгляда. И девушка поняла бы,
что ты настоящий парень, мужчина, что другого такого не найти. А теперь что
она о тебе думает? Только одно: деревня. Она тебя, можно сказать, и за
человека-то не считает. Ты же знаешь: сейчас деревенские девушки и то не
хотят иметь дела с деревенскими - лучше меня это знаешь. А насчет ответа на
мой вопрос, извини, земляк, это тебе еще рано знать. Узнаешь, непременно
узнаешь, если, конечно, не дурак. И поймешь, почему в сказках истинные
представители народа никогда не терпят поражения... Если ты не дурак, ты
когда-нибудь поймешь, что в той девице нет ни солнца, ни моря, ни
подсолнуха - это всего лишь платье. Есть мышцы, кости - плоть, но сказки
нет. Нету. И тогда ты поймешь, что ты действительно деревня. Самая что ни на
есть. И тебе станет за сегодняшнее стыдно. Но сейчас еще рано. Сейчас ты -
одна сплошная сказка. Сейчас ты вполне мог бы побежать за такой даже на
четвереньках. Но если, случись, тебе повезет, и ты попадешь экзаменоваться
ко мне, я за одно твое сердце, где еще живут сказки, поставлю тебе роскошную
пятерку. Чтобы ты хоть раз в жизни почувствовал, что "деревня" - это не так
уж плохо... Что? Разве ты не выходишь? Ну, привет, земляк, я пошел...