"Константин Амелин. Игры по чужим правилам " - читать интересную книгу автора

- Нет, что вы! - ответил Иван с подобием угодливой улыбки на лице.
- Издеваешься? Ну да мне плевать, я убил бы тебя еще тогда, на
чердаке... Благодари Мусу, ему взбрело в голову заснять тебя на пленку... Ты
дашь интервью, тебя увидят миллионы!
- Ага... Стану телезвездой, так?
- Что?
- Пошел ты... - чеченец сплюнул и крикнул что то в сторону на своем
языке.
Сейчас будут бить - пронеслось в голове у Алифанова.
К яме подошли двое, сняли замок с решетки, один заглянул вниз и крикнул
на ломаном русском:
- Ну что, свинья! Сам вылезешь или тебе помочь?
Иван выдал полуминутный монолог после чего чеченцы хором рассмеялись
будто услышали анекдот. Вскоре смех рядовых прервал строгий окрик того что
первым подошел к яме.
Иван поднялся на ноги и сделал вид будто пытается сам вылезти из ямы,
но тут же поскользнулся на скользкой поверхности стены и скатился вниз...
Пусть думают что ослаб до предела, не то пасти будут денно и нощно... -
подумал он титанически перенося издевательские смешки кровных врагов...
После двух неудачных попыток выбраться чеченцы все же помогли ему
выбраться наружу. Оказавшись наверху Иван первым делом огляделся по
сторонам, но тут же получил удар ногой в корпус. Сидевший на корточках
Алифанов рухнул на бок. Удар был такой силы что он даже начал беспокоиться
за целостность ребер...
Двое рядовых боевиков подхватили его под руки и потащили к собачьей
конуре. Ивану вскоре предстоит уяснить что конура сия предназначалась отнюдь
не для собак. Хотя кто знает этих уродов кого они считают собаками... Его
швырнули в тесную будку и захлопнули металлическую решетку.
- Сиди здесь, пес! - хохотнув, рявкнул один из боевиков.
Одно утешало, здесь было сухо и не так холодно как внизу, здесь было
светло и обзор куда больше чем в яме.
На поляне перед самым домом явно готовилось пиршество, люди в камуфляже
рубили дрова, таскали стулья и столы, кто то установил жаровню для
барбекю... Вот уроды! - подумал Иван. Наверное это и есть самая изощренная
пытка в мире, жрать перед глазами голодающего...
Он был обычным солдатом и она понимала это. Тогда что же пробудило эту
странную жалость к врагу? Жалость? Жалость ли это? Она видела его лицо,
тогда когда его только привезли связанного словно барана, на шее та страшная
полоса... Почему его лицо показалось ей столь родным, настолько светлым что
захотелось помочь, оградить от пыток и издевательств мужчин... Мужчины ее
народа всегда были суровы, даже к своим близким, а если наступала война...
Но это кощунство... Помогать русскому, одному из тех что убили ее брата...
Он так беззащитен пред ними, они убьют его. Непременно убьют... Она никогда
не простит себе его смерть... Но, что она может сделать? Выпустить его?
Тогда она поставит на карту свою жизнь, сможет ли слабая женщина решиться на
подобный поступок? Слабая? Почему мужчины с самого рождения внушают своим
женщинам что они слабы и зависимы? Почему на западе да и в той же России
женщины не считают себя кем то кто ниже мужчины по рангу? Почему? Она должна
что то сделать... Время еще есть, время до казни... Вскоре приедет
англичанин... Эта сволочь прикидывающаяся что сочувствует борьбе чеченского