"Джеймс Боллард. Голоса времени" - читать интересную книгу автора

означает, что существо приспосабливается к существованию вне воды, к жизни
в статичном мире, полном резких, контрастных цветов.
- Но что все это значит? - спросила Кома.
- Еще минуту терпения, - сказал Пауэрс.
Они прошли вдоль скамьи до группы контейнеров в форме барабанов,
сделанных из антимоскитной сетки. Над первым из них висела огромная,
увеличительная микрофотография чертежа, напоминавшего синоптическую карту,
а над ней надпись: "Дрозофила - 15 ренг./мин."
Пауэрс постучал пальцем в маленькое окошечко барабана.
- Фруктовая мушка. Ее огромные хромосомы прекрасно подходят для
исследований, - сказал он, наклонился и дотронулся пальцем до огромного
улья в форме буквы "Ъ", висящего на стенке барабана. Из улья выползло
несколько мух. - В нормальных условиях каждая из них живет отдельно. Здесь
они создали форму общественной жизни и начали выделять что-то вроде
разведенной сладковатой жидкости, напоминающей мед.
- А зачем это, - спросила Кола, касаясь пальцем чертежа.
- Схема действия ключевых генов, - сказал Пауэрс. Он провел пальцем
по стрелкам, ведущим от центра до центра. Над стрелками виднелась надпись
"лимфатические железы", а ниже "запирающие мышцы, темплет".
- Это немного походит на перфокарту пианолы, правда? - спросил
Пауэрс. - Или ленту компьютера. Достаточно выбить рентгеновскими лучами
один из центров, и уже меняется черта, возникает что-то новое.
Кома посмотрела на второй контейнер и с отвращением стиснула губы.
Через ее плечо пауэрс увидел, что она смотрит на огромное, похожее на
паука насекомое. Оно имело размеры человеческой руки, а волосатые
конечности толщиной, по меньшей мере, с человеческий палец. Мозаичные
глаза напоминали огромные рубины.
- Это не выглядит приятно, - сказала Кола. - А что это за веревочная
лестница, которую он плетет? - Когда она поднесла палец к губам, паук
двинулся, залез в глубину клетки и стал выбрасывать из себя спутанную
массу нитей, которые продолговатыми петлями повисли под потолком клетки.
- Паутина, - сказал Пауэрс, - с той только разницей, что состоит она
из нервной ткани. Те лестницы, которые вы видите, являются наружной
нервной системой, словно бы продолженным мозгом, который паук может
выкачивать из себя в зависимости от обстоятельств. Мудрое изобретение. Это
намного лучше, чем наш собственный мозг.
Кома на несколько шагов отступила от клетки.
- Ужасно. Не хотела бы я иметь с ним дело.
- Он не так страшен, как выглядит. Эти огромные глаза, которые в вас
всматриваются, слепы. Их чувствительность уменьшается, зрачок реагирует
только на гамма-лучи. Стрелки ваших часов светящиеся. Когда вы двинули
рукой перед окном, паук прореагировал. После четвертой мировой войны он
действительно окажется в своей стихии.
Когда они вернулись к столу, Пауэрс включил кофеварку и подал стул
Коме. Потом он открыл ящичек, вынул из него закованную в панцирь жабу и
положил ее на куске бумаги на столе.
- Узнаете? Это товарищ наших детских лет, обычная жаба. Она построила
себе, как видите, достаточно солидное бомбоубежище. - Он положил жабу в
раковину, открыл кран и смотрел, как вода мягко стекает по панцирю. Вытер
руки о рубашку и вернулся к столу.