"В.Баталов. Нехоженой тропой (Повесть)" - читать интересную книгу автора

- Тетя Марфа, я уже обедал сегодня... - начал было отказываться Дима.
Но Таня быстро толкнула его в бок и зашептала на ухо:
- Садись. Мама не любит, когда отказываются.
Все сели за стол.
Опасения, что Марфа Гавриловна не пустит Таню, оказались напрасными.
Она только строго-настрого наказала ей и Диме не зевать по сторонам, быть
осторожными, велела Тане купить бинт, йод и другие медикаменты.
Вскоре прикатил на велосипеде Афоня:
- Едете?
- Едем, - ответил Дима. - Меня отец уже отпустил, Таню мать тоже.
- А моих родителей нет дома... Как же быть? - растерянно поглядел на
ребят Афоня.
- Да-а... Как же быть? - повторил Дима.
- Придумал! - хлопнул себя по лбу Афоня. - Я им оставлю записку.
- Молодец, Профессор!
Афоня тут же написал записку: "Дорогие папа и мама! Я с ребятами и
дядей Кузьмичом отправился в путешествие в Серебрянку. Обо мне не
беспокойтесь. Афоня".
Афоня вскочил на велосипед и поехал за фотоаппаратом.


ПО КАМЕ И ВЕСЛЯНЕ

Когда Илья Кузьмич вернулся из конторы, ребята ждали его уже у
крыльца, готовые к отплытию, в дорожной одежде и с рюкзаками за спиной.
- О-о, брат ты мой, да тут целая экспедиция! - воскликнул Илья
Кузьмич. - Значит, все в порядке?
- Так точно! - отрапортовал Дима, вытянувшись по стойке "смирно". -
Экспедиция собралась в полном составе: начальник экспедиции - Дмитрий
Руднев, медсестра и повар - Татьяна Зорина, фотокорреспондент - Афанасий
Лежнев.
- Ну, раз фотокорреспондент, - ладно. Пошли на корабль.
- А как называется наш корабль? - спросила Таня.
Илья Кузьмич задумался.
- Назовем "Павка Корчагин", - предложил Дима.
- Правильно, - одобрил Илья Кузьмич. - Ну, корчагинцы, в путь!
Ребята сложили все свои вещи в носу лодки, уселись сами, и Кузьмич
оттолкнулся веслом от берега.
Заработал мотор, и лодка сначала медленно, а потом быстрее и быстрее
поплыла против течения, разрезая носом воду и оставляя за собой две
длинные волны, с плеском набегающие на берега.
С каждой минутой Гайны уходили все дальше.
Уже совсем скрылись в зелени темные стены старых домов и сарайчиков,
и только несколько новых срубов долго светились ярко-желтыми бревнами.
Позади остался Желтый плес, где ребятам известен каждый камень, каждая
ямка на дне. Поворот - и село пропало за лесом.
А потом пошли уже незнакомые места.
Навстречу плыли то высокие и обрывистые берега, то пологие и низкие,
то покрытые коричневато-желтым песком, то заросшие высокой травой и густым
ивняком. Прямые, как свечи, сосны, темные высокие ели вперемежку с