"Рексана Бекнел. Украденная любовь " - читать интересную книгу автора

нос молитвы - жаловаться вслух она не осмеливалась.
Элизе, Агнес и Клотильде пришлось втроем делить каюту величиной едва
ли в четверть роскошной спальни Элизы в Даймонд-Холле. На койках хватало
мягких подушек и теплых одеял, но сами они были очень узкими и
прикреплялись к стенам каюты. По краю каждой койки было сделано специальное
ограждение из веревок, чтобы спящий ненароком не свалился во время качки.
Багаж размещался у стены в пеньковых сетках, а все прочие предметы в
каюте - кувшин для воды, таз для умывания, ночные горшки - были надежно
закреплены в особых держателях из тикового дерева. Посреди потолка висел на
крюке медный фонарь, и по бокам от него в потолок были вделаны две
стеклянные призмы, пропускавшие в каюту дневной свет с палубы. Впрочем,
из-за дождя этого света, было не слишком много.
- Распаковать вещи, мисс Элиза? - бодро спросила Клотильда.
"Благодарение небесам, что Клотильда здесь", - подумала Элиза,
признательно улыбаясь своей расторопной горничной. Ее здравый смысл и
кипучая энергия действовали на Элизу как глоток свежего воздуха и поневоле
внушали мысль, что все со временем образуется.
- Да, распакуй, только не все, - отозвалась она. - Достань ночные
сорочки и несколько повседневных платьев. Ах да, еще мой альбом и
карандаши. Я сделаю пару набросков, когда прояснится.
Но солнце за весь день так ни разу и не проглянуло. Ленч
путешественники ели в своих каютах, а обедали в тесной капитанской
столовой. Обри дулся на весь белый свет, а Роберт, судя по выражению его
лица, был уже по горло сыт его капризами. Стремясь сохранить мир за столом,
Элиза велела Роберту сесть с Клотильдой и усадила Агнес возле капитана,
надеясь, что тот сумеет развлечь свою соседку. Сама она опустилась на стул
рядом с Обри.
- Как тебе понравилась твоя каюта? - спросила она мальчика. - Наша мне
показалась совсем маленькой, но очень уютной. Там все так ловко устроено.
- Слишком мало места, - буркнул Обри, недовольно выпятив нижнюю
губу, - и всюду воняет.
- Завтра наш корабль выйдет в открытое море. Там воздух совсем
другой - чистый, бодрящий.
Обри, упорно не поднимая глаз, возил вилкой спаржу по тарелке.
- Я собираюсь завтра порисовать. Мы будем проходить мимо Дувра днем? -
спросила Элиза капитана.
- Так точно, мисс, - отозвался тот. - Меловые утесы останутся у нас по
правому борту. Великолепное зрелище, скажу я вам.
Обри, с прежним угрюмым выражением на лице, покосился на капитана и
спросил:
- А что, они и правда из мела?
- Правда. Ты сам увидишь - они белые-белые и сверкают, как сахарные, -
тут же ответила Элиза. - Так я читала, - добавила она, нерешительно
взглянув на капитана.
- Все правильно, мисс, - успокоил он ее. - Они такие белые, что вы
глазам своим не поверите.
- Может быть, ты тоже попробуешь их нарисовать? - снова обратилась
Элиза к Обри. - Я запаслась бумагой и карандашами, можешь брать какие
захочешь.
- Только не в этом кресле, - отрезал мальчик и снова начал ковырять