"Пьер Бенуа. Соленое озеро " - читать интересную книгу автора - Что я сделал? Вы сами знаете. Я подал рапорт. Рапорт этот не помешал,
впрочем, судье Дреммонду два года спустя обвинить в убийстве Геннисона мормонов и направить в Уту экспедицию, которая теперь только закончилась вступлением федеральной армии в город Соленого Озера. Я не мог отвести этого отказа в правосудии. Так что теперь, если бы можно было вернуть прошлое... - Если бы можно было вернуть прошлое... - Я молчал бы. Глаза лейтенанта загорелись мрачным фанатичным огнем. - Никогда не следует скрывать истины, - пробормотал он хриплым голосом. - Истины? - переспросил патер. Он мягко посмотрел на лейтенанта. - Истины? - повторил он. - Да, истины, - упрямо подтвердил лейтенант. - Еще немного этого превосходного Катаба, - предложил патер. И насильно наполнил его стакан. - Мне сорок шесть лет, - начал он после небольшого молчания, и, ставший внезапно значительным, тембр его голоса придал его словам особенное выражение авторитета и силы. - Мне сорок шесть лет. И так как я много, очень много ездил, так как я научился видеть вещи не сами по себе, но в отношении к окружающим их вещам, то мне, может быть, позволено иметь об истине понятие, несколько отличное от того, что может себе составить профессор, для которого внешний мир ограничен четырьмя стенами, в которых он преподает. - То, что справедливо, то справедливо. То, что несправедливо, то несправедливо, - сказал Рэтледж. - Рад этому верить, - ответил иезуит. - Послушайте, однако. Я видел, ужасное, варварское зрелище. Но после того как вашингтонское правительство, в виде репрессии, издало относительно территории Ута жестокий эдикт, которым запрещался ввоз туда всякого рода жизненных припасов, вот что мне пришлось увидеть: маленьких краснокожих детей, сотнями умиравших от голода и холода у пустых материнских грудей, воинов, убивавших друг друга из-за кусочка бизоньего мяса; все население, некогда свободное и цветущее, как стадо, согнанное в ограду, наказанное через десятого, приведенное к нулю... Это тоже было жестокое и несправедливое зрелище. Эта гнусность, однако, вытекала из понимания истины вашим покорнейшим слугою, так же неизбежно, как вытекает река из своего источника. Поверьте мне, есть из-за чего умерить наше восторженное отношение к принципам, и это должно побудить нас меньше заниматься их абсолютной ценностью, а больше их применением на практике. - Эти вопросы выше моей компетенции, - сухо ответил лейтенант, - и вам нетрудно спорить об этом со мною. Я могу вам повторить только то, чему я научился у наших священников, и я представляю себе, что если бы вместо того, чтобы иметь дело со мною, вы очутились бы в обществе одного из них... - Для меня было бы величайшим удовольствием помериться с одним из этих господ, - улыбаясь, сказал отец д'Экзиль. - Мне казалось, что сегодня утром я заметил трех или четырех священников позади войск. Что же, они едут для конкуренции с нами? - Нет, - сухо произнес Рэтледж. - Это армейские священники, и они следуют за армией. Обед был окончен. Иезуит взглянул на часы. - Одиннадцать часов, - сказал он. - Хозяйка наша скоро уже вернется. |
|
|