"Михаил Березин. Боевой клич" - читать интересную книгу автора

Михаил Березин

Боевой клич


...И мы вновь накатились на ворота соперника - мощные и гибкие "Кошки
Портленда". Комбайн, прочертив на льду замысловатый узор, врезался в их
опорного защитника, а я подхватил шайбу и понесся на вратаря. Конечно, меня
тут же принялись цеплять клюшками, но Берквист наказал обидчиков, и я вогнал
шайбу под перекладину. Раздался наш дружный боевой клич.
Однако мы все еще проигрывали. Эти придурки в начале встречи умудрились
вогнать нам несколько безответных шайб в ворота, и только потом мы
очухались. Стив Сибрэ по прозвищу Комбайн развернул свои могучие плечи, и на
его счету уже двое, которых унесли со льда на носилках. Наши потери - один,
вынесенный на носилках и еще один, играющий с перебинтованной головой.
Так вот, Алка, можешь быть спокойна: мы взялись за этих придурков
всерьез, я вогнал шайбу под перекладину, и теперь меня наверняка не отправят
в юниорскую лигу. Мы здорово сыгрались вместе: я, Комбайн и Берквист, и у
тренера Швайнфурта просто не поднимется рука. А если и поднимется, хозяин
команды Дэйв Пичман мигом наведет порядок.
Все знают, что Швайнфурт поставил на Липолайнена. Этот финн, конечно,
парень не промах, и хук слева у него - будь здоров, вот только шайба его
невзлюбила: все время норовит соскользнуть с клюшки. Выкатится Липолайнен на
ударную позицию, щелк по шайбе, а она, оказывается, совсем не там, где он
думал. С начала сезона он умудрился забить девять шайб коньками, три -
головой, и только одну так, как это предусмотрено правилами.
И Пичманн, конечно, сделал необходимые выводы. Заявился бледный
Швайнфурт и сказал, что сегодня играет Рыльников. То есть, я. Поэтому, Алка,
можешь быть спокойна. Можешь даже идти подмыться, поскольку никуда теперь от
меня не денешься. И на Помочилина из "Скалозубов Денвера" больше не
рассчитывай, поскольку в последней встрече ему сломали ключицу, пять ребер и
правое бедро. А бедро - это надолго. Мы ведь как договаривались? Кто больше
в этом сезоне заколотит баксов, за того и выйдешь. С Помочилиным в этом
сезоне уже все ясно, команда скалит зубы без него. И, значит, ты - моя
добыча...
Комбайна удалили с поля, и эти придурки насели на нас, словно полчища
персов на Фермопилы. Наш вратарь Реланди извивался в воротах, словно удав, и
придурки совсем уж обнаглели, но тут в отрыв ушел Берквист. Конечно,
придурки хотели его достать, но Комбайн перегнулся через борт и огрел самого
шустрого кулаком по каске. Так что пыл их сразу охладел. А Берквист -
щелк! - и шайба в воротах.
Комбайн издал боевой клич, и мы подхватили.
...А поначалу был еще поэт Слуцкий. Не тот, известный, а однофамилец.
Это еще до Помочилина. Я говорю: "Алка, у тебя же на руках мать и две
маленькие сестрички. Ты что, хочешь с голоду сдохнуть?" А она: "Лучше с
голоду сдохнуть, чем выйти за такого, как ты." А я: "Не жалеешь себя -
подумай о родственниках. Что ты делаешь?" А она: "Тебе этого все равно не
понять". А я: "Никто не зашибает больше монеты, чем хоккейные рэйнжеры."
Конечно, поэт этот - с виду смазливый. Не то, что Помочилин со своей
квадратной башкой, на которую и каска-то хоккейная с трудом налазит. Но