"Светлана Бестужева. Мужчина для досуга" - читать интересную книгу автора

нынешним-то временам. Ремонт мы сделали простенький, какие уж там
евровыкрутасы, но побеленные потолки больше не давили на голову и психику,
а взметнулись на положенные им при постройке три с половиной метра, светлые
обои радовали глаз, отциклеванные и покрытые лаком полы позволяли радостно
бегать по квартире босиком. Недовольны ремонтом были только тараканы,
которые в знак протеста квартиру покинули. Хотелось верить - навсегда.
- Ты ее хоть приватизировал, квартиру-то? - поинтересовалась Нина. -
При твоей рассеянности мог и забыть.
- Приватизировал, приватизировал, - успокоила я ее. - Еще до того, как
меня сюда прописали. Так что все в порядке.
- А твой сын тоже здесь прописан, Наташа?
- Нет, зачем? Он прописан там, где мы жили. Да и вообще Валера помог
отправить его учиться в Америку. Глядишь, человеком станет.
- Что значит - станет? - возмутился Валерий. - У мальчика несомненные
способности к биологии, он добился там именной стипендии, а это мало кому
удается. Он уже стал самостоятельным человеком, я, во всяком случае,
спокоен за твоего сына.
- Твой сын, между прочим, тоже учится в Америке, - заметила Нина,
обращаясь к брату и напирая на местоимение "твой". - Так вы с ним и не
увиделись. Между прочим, это довольно дорогое удовольствие - учить детей за
границей. Не думала, что за философию столько платят.
Валерий пожал плечами:
- Я не платил ни копейки - к счастью, у меня масса коллег по всему
миру, они с удовольствием помогли мне. Связи - это тоже своего рода
капитал. А насчет моего сына... так я, Нина, уже привык. Да и теперь
поздно. У меня Наташа и жена, и ребенок по совместительству.
- Это как? - хором спросили Нина и ее муж.
- Да она совершенно не приспособлена к жизни, - пояснил Валерий. - Не
приглядишь - обязательно во что-нибудь вляпается или что-нибудь перепутает.
Как дитя. Только и умеет хорошо переводить детективы.
Родственники переглянулись. Я благоразумно промолчала. Мой дорогой
доктор наук и профессор, похоже, искренне считал, что я не от мира сего и
полагаю, будто булки растут на деревьях, а кофе и чай текут из
водопроводного крана. Впрочем, ему самому действительно было все равно, что
есть, во что одеваться и какой мебелью и тарелками пользоваться. Гений - он
и есть гений. А я, при всей моей непрактичности, умела довольно много: от
выпечки пирогов до вышивки гладью. И еще быстро печатала на машинке и
разбирала любой почерк, в том числе и совершенно неудобочитаемый - моего
философа. Наконец, в первом браке, с отцом моего ребенка, я прекрасно
справлялась со всеми так называемыми "святыми женскими обязанностями", да и
с кое-какими мужскими заодно, если уж на то пошло.
В общем, все прошло почти хорошо, а главное, моя совесть была
спокойна: у моего драгоценного снова появилась родня. А родственников, как
известно, не выбирают. Да и, может быть, они только при первой встрече так
вели себя, с непривычки, а потом переменятся.
Второй визит состоялся не скоро - где-то через полгода после первого.
К себе Нина нас не приглашала, а на мои приглашения отвечала вежливым
отказом, ссылаясь то на занятость по работе, то на дачные хлопоты, то на
плохое самочувствие. Слава богу, хоть по телефону брат с сестрой теперь
разговаривали более или менее регулярно. Наконец они снова приехали к нам в