"Виктор Бо. Заводной город" - читать интересную книгу автора

- Здравствуйте, не подскажите это дом двадцать один?
- Он самый, ага, ищешь чего?
- Да... уже, наверное, нет.
- И это правильно, ага. Зачем искать коли у тебя и так все есть?
- Это вы о чем? - удивляюсь я.
Старик подмигивает и говорит:
- А вона у тебя на майке написано: "Бог внутри", стало быть, так и
есть. - Он улыбается, обнажая босые десны.
- Нуу... - я развожу руками, не зная, что ответить.
А старик продолжает:
- Людей много стало, с виду все одинаковые, добрые, стало быть, а что у
них внутри и не понятно. Все в себе, ага. Говорят одно, а поглубже копнешь,
у кого деньги в башке, у кого власть. Кто-то подлость вынашивает, кто-то
жене изменяет. Не хотят жить спокойно, не хотят.
- Наверное...
- А может, выпьешь со мной, ага? - спрашивает старик.
- Да не, я лучше пойду.
- Ты не сомневайся, чистый продукт! - говорит он и вытаскивает из-под
стула бутыль, заполненную наполовину желтой жидкостью, на горлышко надеты
два пластиковых стакана. - Прямо, как тебя ждал, взял, понимаешь, две
емкости.
- Это что? - инстинкт самосохранения подсказывает мне, что пить это не
следует ни в коем случае.
- Чистый спирт на мандаринах настоянный, ага. Сам делал. Тут главное-то
что? Главное мандарины не чистить, целиком в спирт класть, и в прохладное
место на месяц, а лучше на два. Тогда и цвет, и аромат и без закуски можно.
Ты попробуй. - Старик наливает треть стакана и протягивает мне.
Пахнет мандаринами и новым годом. Подступает давно забытое чувство
ожидания праздника. Я закрываю глаза и опрокидываю стакан. Спирт, заполняет
каждую клеточку тела. Я чувствую ускорение пульса, словно застоявшаяся кровь
разгоняется по венам, медленно, как паровоз. Я слышу резкий свист и шорох
крыльев. Открываю глаза и вижу над головой вечернее небо и стаю голубей. Я
чувствую головокружение и сажусь на корточки.
Старик на стуле улыбается.
- Что это было? - спрашиваю я.
- "Городовуха". Сам городовой меня делать научил. - Говорит он.
- Кто?
- Городовой, в этом доме жил. Хороший был человек, ага. На аккордеоне
играл, бывало, выйдет во двор вечером и говорит: "Ну что, устроим бал?" -
Бал?
- Ну да, танцы. Народу много приходило, считай, весь двор был заполнен.
Многие с проблемами своими приходили. А он никому не отказывал, всех
выслушивал и часы заводил. Эх, хорошо жили... Я тогда истопником работал.
- Какие часы? - я чувствую, что голос стал немного чужим и звучит
издалека.
- Часы, как часы, да и не часы вовсе. - Старик достает из кармана
папиросы и закуривает. - Корпус один, циферблат, да пружина внутри. Он их
мне перед смертью отдал. Заводи их, говорит, каждый день, не забывай. Я и
заводил, только завода всего на день хватало. Разобрал я их, думал, починю -
подольше тикать будут, ага. Шиш что вышло. Там только одна пружина да