Владимир Спектр (Модебадзе) Face Control

1

Москва, декабрь 2001 года

Один из череды похожих друг на друга клубов-кафе. Строжайший dress code, позволяющий безжизненной толпе «своих» считать себя избранными. Trip-hop и down-tempo. Шестипроцентный, абсолютно безмазовый абсент. Смутно знакомая девушка напротив, кажется Аня, любовница какого-то банкира и, конечно же, модель.

– Ты всегда такой вялый? – Она курит Vogue, на загорелых руках – украшения от Cartier.

– Вялый?

– Сидишь ночи напролет в кофейнях, пьешь кофе и куришь без остановки. Похоже, даже разговор со мной тебя напрягает…

– Да нет, что ты.

– Тогда, может, поедем в «Министерство»? Или там ты тоже встретишь толпу старых знакомых и зависнешь в чилл-ауте?

– Знаешь, просто надоело зажигать.

– Да ладно! Это же стиль жизни. Всю неделю работаешь, паришься мрачными темами, а в выходные отрываешься. Понятно, что лучше на Ибице, но пока хотя бы здесь.

– Зачем?

– Ну и вопрос! Что ты как маленький! Это тусовка. Люди, люди кругом – на танцполе, в випе и баре, жажда жизни, активности и общения, угара, в конце концов! Иногда мне кажется, что ты какой-то пластиковый, ненастоящий. Не умеешь развлекаться.

– Знаешь, году так в тысяча девятьсот девяносто третьем казалось, что умею…

– Когда?

– Ну, давно. Когда появился «Эрмитаж» Светы Виккерс.

– Он не проработал и года. Были еще «Пентхаус» и «Ад».

– Никогда не слышала.

– Последний также назывался «Ангелом».

– «Ад» или «Ангел»? Это же разные вещи…

– Для кого как. Тогда же был «Птюч» и, чуть позднее, – «Пропаганда».

– Наша «Пробка»? Неужели так давно?

– Это было время какой-то общей эйфории, вакханалии. Казалось, танцевальная культура, drugs и free-love – самая правильная жизнь. Своего рода революция, что ли.

– А теперь?

– Особенно стойкие перешли из любителей движухи в разряд старых тусовщиков.

– И?

– Старый конь, как известно, борозды не испортит…