"Ночной поезд" - читать интересную книгу автора (Эмис Мартин)

16 марта

В полицейском управлении это не обсуждается. Ходим как побитые. Но теперь никто не сомневается, что вечером четвертого марта Дженнифер Рокуэлл покончила с собой.

Если бы она села в машину, проехала сто миль к северу и пересекла границу штата, то умерла бы невиновной. Но у нас в городе самоубийство считается преступлением. Она совершила преступление. В своем роде идеальное преступление. Да, она не избежала разоблачения. Зато избежала наказания.

И публичного позора тоже избежала. Если это можно назвать позором. Спросите у коронера, который осмотрел труп и снял все подозрения.

Если заглянуть в глубь веков, коронером раньше называли сборщика податей. Как говорили римляне: Coronae custodium regis. Хранитель царских поборов. Он взимал налоги с мертвецов. Все имущество самоубийц конфисковывалось в пользу казны. Наравне с имуществом других преступников.

В наши дни городской коронер трудится в управлении судебно-медицинской экспертизы. Зовут его Джефф Брайт; он приятель Тома Рокуэлла.

Брайт написал: «Причина смерти не установлена». Полковник Том. насколько я знаю, настаивал на формулировке: «Смерть наступила в результате несчастного случая». В конце концов они сошлись на первой версии. Как и мы все.

Повторю, я никогда не чувствовала с ее стороны ни тени осуждения, даже когда была совершенно беззащитна перед любым выражением презрения. И сегодня не мне судить Дженнифер Рокуэлл. Самоубийство, как и все великие потрясения, исходы и поражения, случается там, где нет выбора.

Зато страдания – полной мерой. Мысленно возвращаюсь к тому времени, когда Рокуэллы заточили меня, в полубессознательном состоянии, у себя в доме. У Дженнифер – она тогда была стройнее и трепетнее, чем в зрелые годы, – хватало своих забот. В девятнадцать лет она запуталась в каких-то неприятностях. Это был выверт затянувшегося отрочества. Сейчас я припоминаю, как ее родители нервно мерили шагами гостиную. Вроде бы речь шла о каком-то отвергнутом друге, который то ли не хотел, то ли не мог от нее отказаться. Да, а еще всплыла некая подруга (кажется, что-то связанное с наркотиками), она же соседка по университетскому общежитию. Дженнифер вздрагивала от каждого телефонного звонка, от стука в дверь. Но, несмотря на страхи и переживания, она каждый вечер заходила ко мне, чтобы ободрить и почитать вслух.

Она меня не осуждала. А я не осуждаю ее.

В действительности произошло вот что. Эта женщина словно сошла на землю с небес.

Ну. Да. Знаю я это сошествие с небес.