"Oбнажись для убийства" - читать интересную книгу автора (Пратер Ричард С.)Глава 17— Что с тобой? — спросил Биллингз. Он повесил трубку и взирал на меня с любопытством. — Меня осенила одна идея, — ответил я. — А выглядишь так, будто проглотил муху. Я попытался привести свои мысли в порядок. Через секунду я направился в холл, столкнувшись по пути с полицейскими, вывалившимися из лифта. Полиция скрылась в офисе Йетса, а я приблизился к Лорел, которая стояла, прислонившись к стене. — Детка, — начал я, — происходят какие-то странные вещи. Тот жмурик в конторе весь день висел у меня на хвосте, пока я его не стряхнул. Однако, несмотря на то что я ушел от него, он появился здесь вслед за мной. Можно подумать, что он заранее знал о моем прибытии сюда. Я никому не говорил о своих намерениях, кроме полиции и тебя. Ты ни с кем не делилась сведениями? Она отрицательно покрутила головой. — Конечно нет. Я даже никого не видела. Ты знаешь, что я этого не могла сделать. — Наверное, так. Однако я не могу понять, как он вычислил мое местонахождение. На меня жестко глядели ее светло-голубые глаза. — Шелл, надеюсь, ты не считаешь, что я замешана в том, что произошло? Даже случайно. Я колебался всего мгновение, но и это было слишком долго. — Нет. Я верю тебе, Лорел. Это просто... — Во второй раз, — сказала она ровным голосом, — во второй раз ты высказываешься подобным образом, Шелл. Однажды у бассейна в Фэйрвью и сейчас. Голубые глаза сузились на неулыбающемся неподвижном лице. — Ол-райт, Шелл. — Она повернулась и стала уходить. — Подожди минутку, дорогая. Я догнал Лорел и положил ладонь ей на плечо. Она стряхнула мою руку. — Шелл, ты не доверяешь никому, включая меня? — Ну что ты, я верю тебе. Может быть, ты единственный человек во всей этой истории, которому... — Перестань, Шелл. Лорел явно рассердилась. Она отвернулась и опять направилась к выходу. — Куда, к черту, ты направляешься? Глупые, психованные дети, идиотские, чувственные создания, подумал я. И вслух произнес: — Ради Бога, что на тебя накатило? Она одарила меня косым взглядом через плечо. — Не кричите на меня, мистер Скотт. Я еду в Фэйрвью. — Она сделала паузу, плотно сжав губы. — И совершенно не желаю знать, куда направляетесь вы. Она опять торопливо зашагала. Кто-то сзади меня проревел: — Эй, Скотт, подойди на минутку! Я шел за Лорел, а полицейский продолжал орать: — Сэмсон на линии, хочет поговорить. Какая-то неопределенная мысль зашевелилась в моей башке, стараясь оформиться в нечто связное. Она касалась Фэйрвью и того, кто там стрелял в меня. Слова Лорел о моей «подозрительности» по отношению к ней вызвали к жизни эту мысль, но зов полицейского не давал мне додумать. Я повернулся и пошел к телефону. — Что хочет знать Сэм? — Хочет потолковать о Трехглазом. Я взял трубку, послушал минуту — и произнес: — Все сходится, Сэм. Этот Малыш — один из тех ребятишек в «Афродите». Серый «форд» появился у отеля, где жил Трехглазый, потом на Сансет-бульваре. Тот, кто прикончил Трехглазого, встретил сопротивление и был поцарапан. У Малыша на щеке пара глубоких царапин. Обе вполне свежие. Коронер, я думаю, сможет подтвердить мою версию. — Как получилось, что Малыш оказался там же, где ты, и смог стукнуть тебя по черепу? — Именно это и беспокоит меня больше всего. Я говорил с тобой, если помнишь, о том, что собираюсь сюда. Это было единственное упоминание. Кроме того, я звонил из своей конторы одному человеку и не могу поверить... Я замер, вся моя шкура похолодела. Две мысли сложились в мозгу, за ними последовали другие. Из них самой главной была мысль о том, что Лорел может погибнуть, если вернется в Фэйрвью. Сэм что-то бормотал в трубку, но я не слушал. Мне необходимо было подумать. Что-то сказал Биллингз, но я в ответ лишь помотал головой. Прикрыв глаза, я попытался сосредоточиться. Браун. Кажется, так его зовут. Боб Браун, парень, который обессилел после сегодняшних утренних упражнений в Фэйрвью. А тот телефонный разговор с Лорел... Я поспешно заговорил в трубку: — Сэм, быстро! На моем телефоне в конторе — жучок. Кто-то подключился к линии, так что действуй немедленно, если вообще намереваешься что-нибудь предпринимать. — Жучок? Откуда ты взял? — Кто-то прослушивает все мои разговоры из офиса. Поэтому Малыш знал, что я отправляюсь к Трехглазому и затем сюда. Ему не было нужды выслеживать меня. — Мы проверим, но ты же знаешь, что это дьявольски трудно. Я, конечно, знал, что это тяжелая работа, и решил не слушать дальнейшие разъяснения по данному вопросу. Биллингз стоял рядом, я сунул трубку ему в руки и выбежал из комнаты. Лорел скрылась, наверное, она уже была в пути. Рассерженная, она наверняка гнала машину очень быстро. Я добежал до «кадиллака» и нырнул в поток уличного движения. Потребовалась уйма времени лишь для того, чтобы доехать до конца квартала и свернуть на Бродвей. Там дело пошло еще хуже. Я бросил взгляд на циферблат наручных часов. Было ровно пять часов одна минута. Служащие потоком лились из дверей контор, и машины забивали улицы. Я весь взмок, пока достиг Четвертой улицы примерно в полуквартале от Гамильтон-Билдинг и моей конторы. Какой-то водитель пытался отвести свой старенький «шевроле» от тротуара и влиться в общий поток. Я почти упирался бампером в хвост впереди идущей машины, не желая, чтобы этот «шеви» замедлил мое продвижение. Но вдруг меня осенила другая идея. Я притормозил, позволив водителю вырулить на проезжую часть улицы. Он поулыбался и сделал мне ручкой, отъезжая от тротуара, а я тут же встал на освободившееся место. Выскочив из «кадиллака», я бросился прямо через улицу. Невзирая на вопли и гудки, я оказался на противоположной стороне и помчался по направлению к конторе. Вбежав в офис, я схватил телефонную трубку и набрал номер Фэйрвью. Наверняка — мой телефон прослушивался последнюю пару дней, и кто-то слушает меня сию секунду. У меня не было сомнений, что тип, назвавшийся Бобом Брауном, стрелял в меня и до этого пытался убить Лорел. Скорее всего, он сейчас не предпримет еще одной попытки убрать девушку, учитывая обстоятельства и высокие умственные способности его боссов, однако я не имел права рисковать. На противоположном конце провода кто-то поднял трубку. — Хэлло? — сказал мужской голос. — Кто говорит? — Мистер Блор. Я вздохнул с некоторым облегчением. — У телефона Шелл Скотт. Там у вас... — Куда вы запропали, Скотт? Вы... — Заткнитесь. В лагере находится человек по имени Боб Браун. Поняли? Боб Браун. — Я говорил это не Блору, а некоему третьему лицу, которое, как я надеялся, прослушивало или записывало нашу беседу. — Он прибыл в лагерь где-то в прошлом месяце, не помню, когда точно... — Это было... подождите, я проверю... — Мне плевать... Но я услышал, как трубка застучала по столу, этот осел, видимо, решил, что мне необходимо знать точно дату. Я орал в трубку, но Блор удалился и заговорил вновь лишь через несколько минут. — Да, он прибыл пятнадцатого. — Не имеет значения. Он подставное лицо, убийца. Я почувствовал, что у Блора отпала челюсть. — Что? Вы шутите! — Я серьезен, как сама смерть. Он залопотал бессвязно, однако я продолжал: — Где он сейчас? — На территории, но я... — Отыщите его, будьте все время рядом. И зарубите на носу, Блор: ни в коем случае не передавайте ему моих слов. Не выпускайте его из виду. — Я вряд ли смогу... — Сможете, или я сломаю вам шею. Доходит? До него дошло. — Ага, хорошо. Ладно. Правда, я не понимаю... — Делайте, что я сказал. Бросив трубку, я выскочил на улицу. Движение оставалось напряженным, но все же через пятнадцать минут я уже был на Фигероу. Оттуда было рукой подать до Травер-роуд. Однако когда я свернул на Траверс, то увидел клубы пыли, которые висели в воздухе примерно в полумиле от меня. Пыльные облака начинались с того места, где находились ворота Фэйрвью. Восемь против пяти — это напылил Боб Браун. Деревянная калитка стояла широко распахнутой. Я бросил машину рядом с ней, затрусил по тропинке к поляне, пересек ее и подбежал к главному зданию. Вокруг наблюдалась необычная деятельность. Господи, эти типы просто переполнены энергией. Плавание, крокет, пятнашки, но, по крайней мере, все выглядит вполне нормально. Мистер и миссис Блор стояли у входа в здание Совета. Они выглядели слегка ошарашенными. Я затормозил перед ними и поинтересовался у мистера Блора: — Что произошло после моего звонка? — Я повесил трубку, немного посидел за столом, пытаясь осмыслить происходящее, затем отправился на поиски мистера Брауна. — Он слабо улыбнулся. — Я не хотел, чтобы вы мне сломали шею. — Прошу вас простить мне эти слова. Времени на реверансы у меня не было. Пожалуйста, продолжайте. — Итак, едва я успел выйти, как снова зазвонил телефон. Я ответил лишь потому, что решил — это вновь вы. Но это оказался другой человек. Он попросил Боба Брауна по весьма срочному и важному делу. — Так быстро, — заметил я машинально. Блор удивленно посмотрел на меня, и я поинтересовался: — Не знаете, кто мог звонить? — Нет, никакой идеи. Ну, я отыскал мистера Брауна и его супругу в хижине. — Где она расположена? Блор показал на домик рядом с хижиной Лорел, справа от нее. — Он подошел к телефону, поговорил секунду, я был рядом с ним, как вы и просили, затем начались странные вещи. Он уронил трубку, не положил, а бросил и кинулся со всех ног назад в хижину. Оба они, мистер Браун с супругой, немедленно покинули лагерь. И все бегом. — Скорее всего миссис не была его супругой. Я убил бы подонка, если бы он не сбежал. И он прекрасно понимал это. Миссис Блор взирала на меня с самым несчастным видом: — Мистер Скотт, вы должны дать нам объяснение. Что здесь происходит? Сегодня утром сюда примчалась свора репортеров. Был какой-то кошмар. Они задавали такие ужасные вопросы. Мой муж, конечно, не впустил их в лагерь, но ему пришлось разговаривать с этими людьми. Наконец, в газете появилась статья о Лорел... — Она уже здесь? — прервал я тираду миссис Блор. — Лорел явилась за несколько минут до отъезда Браунов. Думаю, она у себя. Я бесцеремонно оставил руководящую парочку и двинулся к домику Лорел. Девушка находилась там, вполне живая, даже очень живая. На ней уже была униформа Фэйрвью. Она сидела в полотняном кресле у дверей, освещенная лучами пробивающегося сквозь листву солнца. Лорел выглядела вовсе не сердитой, а скорее смущенной. — Шелл, — сказала она, — что ты здесь делаешь? Я полагала... Ты знаешь, что случилось в Фэйрвью? — Да, это случилось из-за меня. Ты имеешь в виду Брауна? — Конечно, Боб и Мэри помчались к автомобилю и уехали. Они не успели одеться и тащили одежду в руках. Что на них нашло? Я уселся на землю у ее ног и поведал о всех событиях, включая мой последний звонок в Фэйрвью. Свой брифинг я заключил следующим образом: — Тот, кто подключился к моему телефону, мог находиться в самом здании, где-то в подвале или в нескольких кварталах, не исключено даже, что в нескольких милях от него. Это мог быть человек, который позвонил сюда сразу после моего разговора с Блором, или он являлся лишь передаточным пунктом для своего босса. Все очень просто — пока я говорю, он поднимает другую трубку и передает содержание разговора своему хозяину в Лос-Анджелесе или в Латинской Америке, безразлично. Тот в свою очередь быстренько снимает телефонную трубку и обращается к Брауну в Фэйрвью с такими словами: «Исчезни, наша игра открыта. Сваливай быстрее, потому что Скотт уже в пути, чтобы порешить тебя». Таким образом, Браун и его жена выпархивают, словно пташки. Минуту помолчав, Лорел спросила: — Как ты догадался, что это был Боб? — Я был сам не до конца уверен. Кстати, Боб Браун не настоящее его имя. Хотелось бы знать, как он называется в самом деле. Сегодня утром оказалось, что три человека по-настоящему обессилели после моей физкультурной импровизации. Один из них — директор оздоровительной программы, то есть я. Остальные — Боб и Мэри Браун. Совершенно очевидно, что лишь мы трое не смогли выстоять. — Я послал Лорел лучезарную улыбку. — Может быть, в вашем тошнотворном поклонении здоровью и есть маленькое рациональное зерно. Вынужден признать это с отвращением. В результате моей речи я удостоился первой слабенькой улыбки с того момента, когда я выскочил из Паркер-Билдинг. — Кроме того, было еще кое-что, — добавил я. — Ты говорила, что крошку зовут Мэри? — Да. Боб и Мэри, его жена. Или кем там она ему доводилась? — Верно. Но когда я дополз до них сегодня утром, он назвал ее Фрэн. Наверное, он так дошел, что совсем утратил контроль над собой и произнес подлинное имя. Но я и сам был настолько слаб, что не обратил на это внимание. — Так это не кто иной, как он, стрелял в тебя вчера? — Точно. И пытался убить тебя раньше. А тот, кто предупредил его, — организатор всего дела. Этот человек убил или знает, кто убил твою матушку и соответственно Пола Йетса. Лорел закусила губу, и на ее личико набежало облачко. Я легонько поцеловал ее. — Посиди пока здесь, дорогая. Мне надо сделать еще один звонок. Я бежал всю дорогу до комнаты Совета. Подумать только, что по прибытии сегодня сюда ноги не держали меня. Если это дело закончится, я проведу несколько недель в Фэйрвью и поднаберусь здоровья. Я позвонил в отдел расследования убийств Сэмсону. — Сэм, Шелл говорит. Пока я вел разговор, вошли мистер и миссис Блор. Они глядели на меня со слегка отвисшими челюстями. Позади них стояла черноволосая красотка, малышка Пегги. Короткими фразами я доложил Сэму о своих действиях и о Брауне, который бежал, как ошпаренный орангутанг. — В этом суть дела: если вы находите парня на телефоне или Брауна, вы раскрываете все. Сейчас мы не знаем закоперщика, но как только выясним, куда вел телефонный отвод, дело закончено. — Десять человек сейчас повсюду ищут жучок, — проворчал Сэм. — Хотя, скорее всего, к настоящему времени установка демонтирована. — Я знаю, но не будем упускать шанс. Передай повсюду ориентировки по Брауну. — Я описал внешность беглеца. Сэма, видимо, одолевали свои идеи. — Где тебя можно будет найти, если надо? — спросил он. — Сам позвоню. Через минуту я буду в пути. Когда мы кончили беседу, мистер и миссис Блор одновременно обрушились на меня. Их целью, несомненно, было содрать с меня заживо шкуру, но я кое-что объяснил, и миссис Блор нажала на тормоза. А ее супруг спросил: — Так вы, оказывается, сыщик? — Именно. Не Дон Скотт, а Шелл Скотт, частный детектив. — Выходит, Лорел ввела нас в заблуждение, когда сказала, что... — Нет. Я заставил ее поступить так, — бойко соврал сыщик Шелл Скотт. — Это не ее вина. Не забывайте, что в лагере обретался потенциальный убийца. Может быть, даже фактический. Все же вы, наверное, предпочтете меня окровавленному трупу или двум окровавленным трупам здесь, в Фэйрвью. Миссис Блор смотрела на меня. — А как же завтра? — простонала она. — Что завтра? — Съезд. Весь год мы... Мистер и миссис Блор взглянули друг на друга, и я испугался, что они сейчас разрыдаются. Но мистер Блор сумел овладеть собой. — Не волнуйся, дорогая, мы что-нибудь придумаем. — И они покинули помещение. Пегги произнесла задумчиво: — Так вот почему вы были таким смешным, когда появились здесь в первый раз. — Я был смешон? — Чудным, я хотела сказать. Вы вели себя очень странно. Совсем не так, как я ожидала. — Ну и что. Вы были совсем не то, что ожидал увидеть я. — Значит, завтра вас здесь не будет, — вздохнула она печально. — Ну, никогда не следует торопиться с выводами, — заметил я. — Кто может знать? Кто может предвидеть? Возможно, я и сумею заскочить сюда на одну-две минутки. — Если вас не будет, произойдет полная неразбериха. — Она грустно улыбалась. — Боюсь, что неразбериха наверняка возникнет, если я окажусь здесь. Но я постараюсь, а сейчас мне пора. Она повернулась боком, освободив мне проход. Вот ведь чертовка! Я думал о Лорел, а смотрел на Пегги. Иногда я себя ненавижу. Направившись к выходу и проходя мимо Пегги, я легонько шлепнул ее по попке. Поймите меня правильно. Я не облапил ее, не схватил, ничего подобного, всего-навсего легкий дружеский шлепок. Никакой грубости. Я выскочил из дома и снова на крыльях полетел к Лорел. Она все еще сидела на том же месте. В той же позе. На сей раз Лорел мне улыбалась. — А я все думала, — заявила она. — Ты ведь позволил ему сбежать, потому что беспокоился за меня? Ты сделал так ради моей безопасности? — Ага. Я не видел иного пути избавить тебя от риска. Я... — И подумать только, я еще сердилась на тебя. — Больше не сердишься? — Ну конечно нет. Она неторопливо потянулась, ладошки сложились в маленькие кулачки у ушек, локти смотрели прямо в небо. Я пошатнулся и чуть было не потерял равновесия. Но, энергично покрутив головой, я пришел в себя и заявил: — Я убегаю. — Куда? — Туда, в город. — Зачем? — Должен. Мне предстоит сделать миллион вещей. А если я останусь, то девятьсот девяносто тысяч девятьсот девяносто девять дел останутся невыполненными. Ну ладно... Существовало еще одно обстоятельство, в силу которого мне надо было уехать. Может быть, я не очень четко думаю и вне Фэйрвью, но с каждой минутой пребывания в лагере мои ограниченные мыслительные способности совершенно очевидно убывают. Вслух же я произнес: — Теперь нам надо подумать, куда направишься ты. Следует подыскать безопасное место. — Разве я не могу остаться здесь? После всего случившегося в лагере, по-моему, будет безопасно. Или я не права? Я пораскинул мозгами и пришел к выводу, что Лорел мыслит гораздо четче меня. Бесспорно, она была права, и чем дольше я думал, тем больше убеждался в этом. — Думаю, ты права. Пока я жив, ты будешь здесь в безопасности. Скорее всего, в сложившихся обстоятельствах Фэйрвью самое спокойное место и для меня. Весьма сомнительно, что здесь нас кто-нибудь осмелится побеспокоить. Во всяком случае теперь, когда полиция настороже. Те, кто держит нас на прицеле, понимают, что идет охота на Брауна, а Фэйрвью находится под подозрением. Оставайся здесь, но будь среди людей. — Так ты уходишь? — Это необходимо. — Но ты же вернешься? — Вернусь. Это тоже необходимо. Через некоторое время мне потребуется твоя помощь. Ночью я собираюсь извлечь пулю, и ты должна мне помочь. — Пулю? Ту, что сидит в скале? Я утвердительно кивнул. — Как же ты намереваешься туда добраться? — Но я же сказал тебе, что собираюсь левитировать. — Я ухмыльнулся и поднялся. — Подробности узнаешь позже. Я тебе все покажу. Хорошо? Она кивнула, и я ушел. Когда я добрался до «Афродиты», было уже начало девятого. Двери у основания ступеней были закрыты, однако неоновая реклама сияла и музыка доносилась изнутри, что говорило о том, что клуб опять открыт. Я вошел в заведение. За небольшой танцевальной площадкой квинтет наяривал самую громкую и ритмичную кубино-африканскую музыку, которая когда-либо воздействовала на мои барабанные перепонки. Музыка мне определенно понравилась, но еще больше мне приглянулась высокая девица в центре танцевальной площадки, распевавшая в микрофон. С большой грудью, парой кастаньет в руках, она вся вибрировала, словно патока в миксере. Если верить описанию Карлоса, это должно было быть Хуанитой. Я приблизился к площадке в надежде, что от сегодняшнего посещения «Афродиты» получу значительно больше удовольствия, чем от предыдущего. Но мне тут же пришлось распрощаться с этой надеждой. У противоположного от меня края танцевальной площадки восседала за столиком Бэби-сиська. С ней были две особи мужского пола: бандит по кличке Гарлик и бандит по кличке Свежее Яйцо Фу. Может быть, подумал я уныло, мне вообще не следовало сюда заявляться. |
||
|