"В главной роли — любовь" - читать интересную книгу автора (Деноски Кэти)

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Что теперь?

Тревис растерянно смотрел на вопящую малышку. Он кое-как снял с нее ползунки, уложил на полотенце и теперь не знал, что делать дальше.

— Сними подгузник, — скомандовала из комнаты Натали. Тревис слышал, как она копается в сумке. — Я сейчас принесу новые ползунки и подгузник.

После того как он покормил Отэм, девочка снова срыгнула и почти сразу уснула. Тревис остался доволен собственными успехами. Но за завтраком Натали сообщила, что собирается продолжить курс молодого отца, едва ребенок проснется.

И вот теперь Тревис стоял посреди ванной комнаты в полной растерянности. Наука обращения с младенцами оказалась сложнее, чем он предполагал.

— А как ты сама узнаешь, что делать? — спросил Тревис, наблюдая за уверенными действиями Натали.

— Думаю, это материнский инстинкт, — Натали пожала плечами. — И конечно, опыт достигается методом проб и ошибок.

Когда она склонилась над Отэм, Тревис почувствовал аромат травяного шампуня и тепло нежного тела.

Господи, как он хотел эту женщину!

— Тревис, ты слышишь меня?

— Что? — Он был настолько поглощен собственными чувствами, что не слушал.

— Я сказала, нужно быть очень внимательным, тогда ты без труда поймешь, что делать, — терпеливо повторила Натали.

— Извини. Значит, отклеиваем концы… — Тревис едва сдержал стон, когда грудь Натали коснулась его руки. — И… снимаем подгузник.

Когда она рассказывала, как держать ребенка при купании, у Тревиса наверняка подскочило давление. Голос Натали, прикосновение ее рук сводили его с ума. И к моменту, когда он вытащил малютку из ванночки и завернул в полотенце, лоб покрывали капельки пота.

— Что дальше? — Тревис вытер взмокшее от напряжения лицо рукавом, в глубине души надеясь, что Натали откажется от его помощи и таким образом даст ему небольшую передышку. Находиться в такой близости от нее и не иметь возможности прикоснуться было настоящей пыткой.

Но вместо этого она вручила ему небольшой белый контейнер и объяснила, как пользоваться присыпкой.

— Она всегда плачет во время купания?

— Ты привыкнешь, — улыбнулась Натали. — Готов к первому уроку пеленания?

— Не уверен, — осторожно ответил Тревис. — Думаю, это не самая моя сильная сторона.

Серебристый смех Натали приятно щекотал его обостренные чувства.

— Ты сам хотел научиться ухаживать за младенцами.

Тревис лишь глубоко вздохнул. Натали улыбнулась и показала, как надеть подгузник. После нескольких минут отчаянной борьбы Тревису удалось облачить дочь в ползунки.

— Видишь, это совсем несложно, — усмехнулась Натали, глядя на его усилия.

— Да, — Тревис перевел взгляд на малышку. — Вот только бы она перестала плакать. А то мне кажется, что я сделал ей больно.

— Тревис, младенцы плачут по тысяче различных причин, — мягко произнесла Натали. — Это единственный пока способ, которым они могут высказаться. У Отэм ничего не болит. Просто она таким образом выражает свое недовольство.

От звуков ее бархатного голоса у Тревиса мурашки побежали по коже. Чтобы хоть как-то отвлечься, он подхватил на руки плачущую малышку.

— Ее слезы сводят меня с ума.

— Скоро ты начнешь разбираться в детском плаче, — Натали приводила ванную в порядок. — И тогда поймешь, что она пытается тебе сказать.

Тревис легонько покачал дочь и поразился, как быстро она успокоилась и уснула.

— Нужно положить ее в кроватку?

Кивая, Натали проследовала в спальню, где накануне он установил детскую кроватку. Тревис осторожно опустил девочку на фланелевую простыню, а Натали укрыла ее легким одеялом, подобрала небольшое устройство, напоминающее рацию, и жестом показала, что они должны покинуть комнату.

— С ней все будет в порядке? — спросил Тревис, едва они оказались в коридоре. — Мне кажется, она еще слишком маленькая, чтобы оставаться одной.

— Все хорошо, — Натали успокаивающе похлопала его по руке. — Видишь, я взяла с собой радионяню. Если Отэм проснется, мы сразу услышим.

Ее прикосновение обожгло Тревиса, и, прежде чем он успел осознать происходящее, Натали оказалась в его объятиях. Не в силах сдерживаться дальше, он прижался к ее губам.

Неожиданно она ответила на поцелуй. Вдохновленный успехом, Тревис с утроенной силой принялся исследовать нежный рот. Его руки осторожно заскользили по стройному телу, остановившись на заострившихся вершинках груди. Блаженный стон, вырвавшийся у Натали, и та сила, с которой она прижалась к нему, подтвердили, что он на верном пути.

Но уже в следующую секунду она оттолкнула Тревиса и отступила назад.

— Пожалуйста… не надо.

Понимая, что зашел слишком далеко, Тревис опустил руки. Он задумчиво потер шею, недоумевая, почему повел себя, словно пятнадцатилетний подросток.

— Прости. Не стоило так поступать.

— Не стоило… — медленно подтвердила Натали, вглядываясь в лицо Тревиса. — Хотя я и не помню, зачем приехала в Техас, одно знаю наверняка. Я не собиралась возобновлять то, что закончилось в Чикаго.

Тревис мог бы сказать, что она ответила на поцелуй, но сейчас, глядя, как Натали торопливо спускается по лестнице, он осознал, что в этом нет никакой необходимости. Она права — их отношения закончились в Чикаго. И если бы не неприятности, Натали Перез никогда не вернулась бы в его жизнь.

При мысли о том, что, попав в переделку, Натали отправилась на его поиски, на лице Тревиса появилась улыбка. Эта женщина может не доверять ему, может вычеркнуть из своей жизни, но она знает, что Тревис из-под земли достанет того, кто осмелится навредить ей или Отэм.

Он взглянул на часы. Еще не прошло и двенадцати часов со встречи Нового года, а ему уже преподнесли массу сюрпризов. Меньше суток назад Тревис обнаружил, что он отец очаровательной двухмесячной малышки. Выяснилось, что таинственная незнакомка, находящаяся под опекой Техасского клуба, была именно той женщиной, о которой он грезил почти каждую ночь. К тому же хотели они оба того или нет, но страсть, сжигавшая их в Чикаго, не ослабела…

Тревис тряхнул головой, прогоняя невеселые мысли. Если первые часы Нового года так богаты событиями, то остается только гадать, что еще готовит для него грядущий год.

Натали всхлипнула, вытерла слезы и огляделась в поисках Флаффи. За пять дней, проведенных на ранчо, она почти привыкла к огромному псу, но все еще с опаской следила за его передвижениями по дому. К счастью, Флаффи интересовали только еда, сон и Моз, за которым собака следовала по пятам.

Она снова склонилась над луковицей, которую крошила для мясного рагу. Натали уже не раз удивлялась, почему у Тревиса нет слуг. Ей всегда казалось, что богатые люди вроде него должны держать целую армию горничных, поваров и домработниц.

Здесь же все было иначе. Помимо Моза на ранчо работали еще два человека, которые присматривали за рогатым скотом и лошадьми.

— Моз, где это болтается мой брат? — В кухню влетела красивая рыжеволосая женщина с поразительными карими глазами. При виде Натали, вытирающей слезы, незнакомка резко остановилась и нахмурилась. — Вы в порядке? Что случилось?

— Все… хорошо. Это… лук, — кивнула Натали.

— Он не должен доставлять неприятностей, — Моз неуклюже, похлопал Натали по плечу. — И почему ты не обратилась ко мне вместо того, чтобы размазывать слезы по лицу?

— Я обещала помогать, — всхлипнула Натали. — Не хотела жаловаться…

— Бедняжка. — Молодая женщина подошла к шкафчику над раковиной, достала оттуда несколько чистых полотенец, смочила их холодной водой и протянула Натали. — Приложите к глазам влажное полотенце. Сразу станет легче. Моз, убери отсюда разделочную доску, а я пока протру стол!

— Полегче, медвежонок. Что-то ты раскомандовалась сегодня, — пробурчал Моз, но немедленно выполнил все указания.

Женщина, которую он назвал медвежонком, чмокнула старика в морщинистую щеку.

— Буду командовать, пока ты не начнешь называть меня по имени, — молодая женщина вытерла стол влажным полотенцем и повернулась к Натали. — Как ваши глаза?

— Уже лучше, спасибо… — Натали осеклась, осознав, что не помнит, как зовут сестру Тревиса.

— Да, кстати, — молодая женщина словно прочитала ее мысли. — Я — Кэрри, сестра Тревиса.

— Спасибо, Кэрри. Я — Натали Перез… подруга вашего брата.

В этот момент из приемника радионяни раздался звук, свидетельствующий о пробуждении малышки.

— У вас есть ребенок? — Глаза Кэрри радостно засияли. — Я очень люблю детей.

Натали кивнула и направилась к раковине.

— Надеюсь, она не слишком разойдется к тому моменту, как я поднимусь.

— Не беспокойтесь, — Кэрри повернулась к выходу. — Я пойду и посмотрю.

— Я сейчас, — Натали тщательно намылила руки.

— В какой она комнате? — крикнула из коридора Кэрри.

— Тревис сказал, что это ваша спальня, — ответила Натали.

Через несколько секунд из динамика раздался голос Кэрри:

— Какая прелестная кроха!

Убедившись, что от рук больше не пахнет луком, Натали поспешила наверх. Увидев, что Кэрри уже поменяла ребенку подгузник, она улыбнулась.

— Спасибо. Она очень нервничает, если ее сразу не перепеленать.

— И как ее зовут? — Кэрри взяла малютку на руки и повернулась к Натали.

— Отэм.

— Милое имя, — сказала Кэрри. — Нет, честно. Правда, весьма необычное.[2] Полагаю, у вас были какие-то причины так назвать дочь.

— Мне очень нравится это время года. — Натали отметила, что вспомнила о себе еще что-то. — Яркие краски, кристально чистый воздух, голубое небо… А когда узнала, что ребенок родится в конце октября — начале ноября, то долго не раздумывала.

Кэрри, качая малышку на руках, чмокнула ее в маленькую пухлую щечку.

— Я тоже хочу ребенка. Они такие славные! Но для начала нужно определиться с папой.

— Это важно, — неуверенно произнесла Натали. Как сказать девушке, что Отэм — ее племянница?

— Привет, медвежонок! Моз сказал, ты меня искала, — в дверях появился Тревис. — Вижу, ты уже познакомилась с Натали и нашей дочерью.

— Вашей… дочерью?! — Кэрри так и замерла с открытым ртом. Несколько секунд она безмолвно переводила взгляд с брата на Натали и обратно. — Ты хочешь сказать, что эта крошка — моя племянница?!

— Как думаешь, из тебя выйдет хорошая нянька? — усмехнулся Тревис.

— Если ты наймешь для этого ангела кого-нибудь другого, я убью тебя, — улыбаясь, произнесла Кэрри. Но в следующую секунду она нахмурилась: — Почему ты не сказал мне, что собираешься стать папой?

— Я и не собирался становиться отцом, — Тревис выразительно посмотрел на Натали.

— Пора кормить Отэм, — Натали не понравилось, в какое русло уходил разговор. Она осторожно взяла дочь из рук Кэрри. — Оставляю вас. Тревис все объяснит. — Накинув на плечо полотенце, женщина вышла из комнаты.

— Итак, братец, пришло время кое-что прояснить, — Кэрри указала на дверь, за которой только что скрылась Натали с ребенком. — Одно ясно: что бы ты ни собирался мне рассказать, ей это не нравится.

— Пойдем в мой кабинет, и я тебя все объясню, — Тревис прикидывал, насколько откровенным можно быть с Кэрри на этот раз.

Зная свою сестру, он был уверен, что она непременно захочет принять участие в расследовании. При мысли об этом Тревис едва подавил смешок. Если эти мерзавцы попадутся Кэрри, им не поздоровится.

Его сестра была спокойной, милой, добросердечной девушкой. Но если кто-то или что-то угрожало людям, которых она любила, милашка Кэрри превращалась в настоящий торнадо, сметавший все на своем пути.

— Что происходит, Трев? — спросила Кэрри, едва они оказались в кабинете. — Ты не знал о ребенке?

— Нет.

— Хочешь сказать, что Натали не рассказала тебе о своей беременности? — возмутилась сестра.

Под сердитым взглядом Кэрри Тревис обошел вокруг стола и опустился в кожаное кресло. Да, она не успокоится, пока он все не расскажет.

— Я узнал о ребенке, только когда вернулся из поездки.

Тревис быстро ввел сестру в курс дела, умолчав о роли в происходящем Техасского клуба. Хотя по городу ходили упорные слухи о роде деятельности его членов, среди них существовало негласное правило: «Слово — серебро, молчание — золото». Даже близкие не были в полной мере осведомлены о заданиях, которые приходилось выполнять Тревису и его напарникам.

— Бедняжка Натали, — Кэрри плюхнулась в кресло и откинулась на спинку. — Она, должно быть, до смерти напугана.

Тревис кивнул.

— Именно поэтому я рассчитываю на твое молчание.

— Я буду нема как рыба! — с жаром воскликнула Кэрри. — А Райан знает?

— Да. И еще несколько человек.

— Ты говоришь о других членах клуба, — его маленькая сестричка отличалась необыкновенной проницательностью.

— Они присутствовали, когда Натали узнала меня и вспомнила, кто она есть на самом деле.

— По крайней мере это объясняет, зачем она приехала в Ройал. Но почему она не связалась с тобой, когда узнала о беременности?

— Будем считать, что произошло недоразумение, и хватит об этом! — Кэрри скорчила недовольную гримасу, и Тревис улыбнулся ей. — Нам с Натали нужно многое уладить, не говоря уже о том, что нужно найти ее преследователей.

— Сейчас это самое главное, — согласилась Кэрри. — Насколько я тебя знаю, ты их из-под земли достанешь.

— Кто бы они ни были, им не поздоровится, — кивнул Тревис.

— А когда ты закончишь, за них возьмусь я.

Тревис решил сменить тему, пока Кэрри не разошлась и не кинулась в бой. Он уселся поудобней. Пришло время и Кэрри ответить на несколько вопросов.

— Я слышал, ты интересуешься этим новым доктором…

— Вижу, ты разговаривал с Райаном, — раздраженно бросила Кэрри. — Уж и не знаю, кто из вас мне больше надоел!

— Мы просто беспокоимся за тебя, медвежонок.

Сестра возмущенно фыркнула.

— Всему есть предел. Одно дело — беспокоиться, а другое — вмешиваться в мою жизнь, — она поднялась и принялась ходить из угла в угол. — Ради бога, Тревис! Мне уже двадцать четыре года, и я сама могу решать, с кем мне общаться, — она остановилась перед братом. — И я не хочу, чтобы Райан или кто-то другой бросались на каждого, на ком я задержу взгляд дольше двух секунд. Передай ему, что мне не нужны охранники.

— Ты моя сестра. Я должен за тобой приглядывать, — упрямо произнес Трев. — Тебе никогда не приходило в голову, что Райан тоже за тебя переживает?

— Вот как? — Кэрри снова плюхнулась в кресло. — Думаю, он забыл бы о моем существовании, если бы ты постоянно не просил его вмешиваться в мою жизнь. — Она буквально сверлила брата взглядом. — Что, впрочем, Райан делает с превеликим удовольствием.

— Мы не вмешиваемся в твою жизнь, Кэрри. Ты уже встречалась с этим парнем? Расскажи мне все, что ты знаешь о нем. Сколько ему лет? Откуда он приехал?

— Его зовут Натан Белден, он доктор. Я не знаю, откуда он. И я с ним еще не встречалась. Но он самый привлекательный мужчина в Ройале.

— Сделай мне одолжение, медвежонок.

— Какое именно?

— Не забывай, что люди не такие, какими иногда кажутся. — Тревис подумал, что следует позвонить Райану и попросить его глаз не спускать с Кэрри.

— Тоже мне — знаток человеческих душ! — фыркнула Кэрри.

— Просто я мужчина, — пожал плечами Тревис, — и отлично знаю, что у нас на уме.

Кэрри рассмеялась и встала. Тревис проводил сестру до двери.

— Береги себя, непоседа.

Она обернулась, обвила его шею руками и чмокнула в щеку.

— Не волнуйся за меня, Трев. Займись лучше вашими отношениями с Натали. Надеюсь, в ближайшее время она станет моей невесткой. Только так я заполучу племянницу в свое безраздельное пользование, — она отстранилась и заглянула Тревису в глаза. — У Натали есть братья или сестры?

— Нет. А почему ты спрашиваешь?

— Значит, я буду любимой тетей Отэм и любимой золовкой Натали, — просияла Кэрри.

Тревис нахмурился, глядя, как сестра весело выбежала из дома. Они с Мозом сговорились, что ли? Все хотят женить его.

Он повернулся к кухне, где Натали кормила дочь. Да, Тревис так и не смог забыть время, которое они провели вместе. Но это еще не повод связывать себя пожизненными обязательствами.

Сердце тоскливо сжалось в груди. Да что с ним происходит? Тревис всегда был уверен, что не создан для брака.

Он станет отцом, о котором любой ребенок может только мечтать. Но женитьба — даже на женщине, от которой он был без ума, — не входила в планы Тревиса Велана. Ни сейчас, ни в будущем.